Товарищеские игры
Спартак
4:1
Трабзонспор
Трабзон, Турция
08 июля 2011, 17:20 Goodini +4 2 комм. 789

Сага о Сагре

В России уже неделю обсуждают перестрелку в поселке Сагра Свердловской области. Само преступление не назовешь особенно крупным — погиб один человек, раненых нет… Но из-за бездействия милиции и этнического оттенка конфликт обрел резонанс. Слово «Сагра» стало звучать так же, как слова «Кондопога» или «Кущевская». На самом деле в этом и состоит главный вопрос, который пытаются решить власти и общественность. «Кондопога» или «Кущевская», межнациональный конфликт или распоясавшиеся бандиты?
Следственный комитет РФ, забравший резонансное дело у милиции, объявил, что национальной подоплеки в сагринском конфликте не было. В то же время губернатор Свердловской области Александр Мишарин сказал, что в связи с событиями в Сагре намерен посовещаться с главами диаспор. Для чего, если, по официальной версии, национальность участников перестрелки в данном случае ни на что не влияла?

Противоречие прослеживается и в комментариях президента общества уральско-азербайджанской дружбы Асада Кулиева, подробно разобравшего ситуацию в беседе с журналистами Ura.Ru. С одной стороны, Кулиев заявил: «Любые конфликты начинаются на материальной почве. Этот — не исключение, его корни — на бытовом уровне». С другой стороны, признал: «Статистика говорит неправду, что в среде национальных диаспор немного преступлений, на самом деле они достаточно криминализованы. Это и есть почва для таких конфликтов». С одной стороны, сказал: «В городе любое национальное кафе — это гнездо сбора криминальных элементов». С другой стороны, немедленно добавил: «Давайте только сразу скажем, что это уже не национальное сообщество, потому что у преступлений, у криминала нет национальной окраски».

По всей видимости, противоречие проистекает из слишком узкой и однобокой трактовки понятия «национальный конфликт». Сейчас принято считать, что конфликт можно назвать «национальным» лишь в том случае, если человек совершенно беспричинно подошел к другому человеку и заявил: «Мне не нравится твой цвет кожи и разрез глаз». А если у конфликта были какие-то более материальные причины — то он уже якобы «не национальный». Даже если эти материальные причины имеют то или иное отношение к национальностям. Если в деле задействованы чьи-то родственники, земляки и просто люди, выказывающие друг другу солидарность по принципу «мы оба мигранты» или «мы оба коренные жители»…

В Сагре материальной причиной конфликта считается наркобизнес. Это такой вид деятельности, этническую сторону которого в РФ стараются не обсуждать, полагая такой подход «неэтичным». Но, не получая должного внимания, эта сторона проблемы (безусловно, не являющаяся единственной и главной) разрастается и становится, в том числе, объектом всевозможных спекуляций. Адвокат Евгений Черноусов, в прошлом 37 лет отработавший в уголовном розыске, сказал газете «Труд»: «Не секрет, что в России распространением наркотиков часто занимаются этнические группировки. Но у нас об этом предпочитают не говорить. И если в советское время существовал департамент по борьбе с этнической преступностью, тогда такие группировки ликвидировали на стадии зарождения, то сегодня ей никто не противостоит, а скорее наоборот».

Эту оценку фактически подтвердил вышеупомянутый Асад Кулиев, заявивший: «Вот пример: недавно было мероприятие в азербайджанской общине с участием 'Единой России'. Я считаю, что тех, кто туда пришел, надо исключить из партии и освободить от должностей. Потому что там находились криминальные авторитеты».

Пожалуй, именно с криминальных авторитетов и следует начать рассказ о событиях в Сагре. Потому что эпизодическим героем этой истории невольно стал давно умерший вор в законе Новруз Аббасов по кличке Заур. Изначально трудно было понять, какое отношение покойный может иметь к перестрелке, произошедшей примерно через десять лет после его смерти. Но если изучить биографию Заура, ситуация проясняется.

Аббасов скончался в начале 2000-х годов. Во времена его активной деятельности интернет еще не был распространен так широко, как сейчас. Поэтому в глобальной сети можно найти не очень много страниц, на которых он упоминается. Но те, которые все же находятся, описывают этого человека вполне однозначно. Его характеризовали: «Азербайджанский вор в законе Новруз Аббасов, известный в преступном мире как Заур». О нем писали: «По милицейским данным, он является лидером азербайджанской преступной группировки, контролирующей в регионе торговлю наркотиками и фальшивой водкой».

Другие источники уточняли, что Заур входил в число лидеров банды «Синие» — одной из трех крупнейших группировок Свердловской области. Сообщалось, что «Синие» «контролируют некоторые вещевые рынки, ряд коммерческих структур, получают доход от оборота спиртного, наркотиков, другой нелегальной деятельности». Также утверждалось, что действующие в Свердловской области «этнические преступные группировки выходцев из Северокавказского региона России, государств — участников СНГ Закавказья и Средней Азии» в основном находились именно под контролем «Синих». И лишь некоторые из них подчинялись другой банде, называвшейся «Центр».

Таким образом, в наркобизнесе Свердловской области давно присутствовал определенный этнический оттенок. И местные жители не могли этого не замечать, они приучились связывать наркоторговлю с именем местного лидера этнопреступности Заура.

Однако в поселке Сагра это не привело к резкому всплеску ненависти к национальным меньшинствам. Жители поселка (в настоящее время это в основном дачники) не стали ненавидеть всех без исключения людей нерусской национальности. СМИ сообщают, что, когда несколько лет назад в поселок приехала семья цыган Красноперовых, местные жители встретили их весьма радушно. Обратив внимание на бедность семейства, сельчане начали приносить цыганам еду и одежду. По всей видимости, если бы Красноперовы, «поднявшись на ноги», постарались сохранить хорошие отношения с соседями, им бы это удалось. Но, как утверждают жители Сагры, глава семейства Сергей Красноперов ни с кем дружить не стремился и быстро приобрел дурную репутацию.

Сообщается, что, когда бедность осталась позади, цыган нанял работников, которые регулярно по мелочи обворовывали местный магазин и дома. В Сагре этих людей прозвали «бомжами» и «бегунками». Для чего были предназначены работники, какой деятельностью занимался Красноперов — СМИ не уточняют. Сообщается лишь, что, по некоторым данным, цыган еще и подрабатывал скупкой металлолома. При этом он был крайне непритязателен и принимал любые металлические предметы. В результате, сагринские алкоголики и наркоманы стали воровать у односельчан заборы, инструменты и даже столовую утварь. Из-за этого соседи стали еще больше злиться на Красноперова. Ну, а главное обвинение, высказываемое жителями Сагры в адрес цыгана — торговля наркотиками. Впрочем, сейчас трудно понять, имеет ли это обвинение под собой какие-то основания, или сработал шаблон: «человек нерусской внешности — обязательно наркоторговец» (о причинах этого восприятия в Свердловской области говорилось выше).

29 июня 2011 года дачник Сергей Зубарев приехал в Сагру и обнаружил, что его дом обокрали. При этом самые ценные вещи не пропали. «Хватали так, пожрать и прочую шнягу», — рассказывает хозяин дома. Из этого он сделал вывод, что в краже виновны не профессиональные воры, а «бомжи» Красноперова. Как утверждают в поселке, милиция жалобы на «бомжей» обычно игнорировала. Поэтому Зубарев не стал обращаться к милиционерам, а просто отправился к цыганам ругаться вместе со своим родственником Владимиром и соседом Сергеем Городиловым. Сергея Красноперова дома не было, поэтому Зубаревы и Городилов предъявили претензии его жене и одному из работников. В ходе ссоры мужчины дали работнику затрещину, после чего ушли.

По словам жителей Сагры, 30 июня Сергей Красноперов вместе с женой и двумя крупными мужчинами пришел в дом к Владимиру Зубареву. Дома был лишь 17-летний сын Владимира, Григорий. Цыгане пригрозили подростку ножом. Позднее, узнав об этом случае, Сергей Зубарев позвонил Красноперову и предъявил претензии. В ответ цыган предложил «забить стрелку». Некоторое время продолжались переговоры с участием Сергея Городилова и Григория Зубарева, и в итоге встречу назначили на 16 часов 1 июля. Зубаревы и Городилов позвали на помощь своих друзей не только из Сагры, но и из соседней Исети.

Сергей Зубарев. Кадр телеканала «Россия 1»

Однако за час до назначенного времени, в 15 часов 1 июля, к дому Сергея Зубарева подъехала «Газель» примерно с десятью приятелями Красноперова. Хозяин дома напомнил, что встреча назначена на 16 часов, и предложил встретиться на въезде в поселок. В 16 часов Зубарев с друзьями подошел ко въезду, но Красноперова там не было. Телефонные звонки цыган сбрасывал. В итоге «стрелка» не состоялась, сельчане разошлись по своим делам.

А в 23 часа 1 июля одному из сагринских дачников, Евгению Мышкину, позвонили друзья из Екатеринбурга. Они предупредили, что в Сагру едет колонна из 10–15 машин с людьми неславянской внешности. Среди этих машин была и «Газель». Как позднее выяснили журналисты, Красноперов поехал в Екатеринбург и набрал «заступников» в екатеринбургских кафе, где собираются мигранты (именно эти кафе глава общества уральско-азербайджанской дружбы Асад Кулиев назвал «гнездом сбора криминальных элементов»). Сагринские мужчины отправились ко въезду в поселок, чтобы отбить атаку. Отец Сергея Городилова, Виктор, признается, что взял с собой зарегистрированное ружье. А Сергей Зубарев в беседе с журналистами не стал скрывать даже, что прихватил на встречу обрез.

Когда колонна автомобилей прибыла на въезд в поселок, выяснилось, что незваные гости тоже вооружены. Завязалась потасовка. «Я увидел того же мужика, что приезжал днем, он из-за пазухи вытащил ствол, и я тут же обрез. Дуло по диагонали вверх и назад, пальнул. 'Черные' врассыпную», — рассказал журналистам Сергей Зубарев. «А у меня оружия никакого. Схватил шишку, кидаю к машинам, кричу: 'Граната'», — добавил Сергей Городилов. По словам сагринцев, вскоре на место драки прибежали местные женщины, которые вытащили из «Газели» водителя и стали его избивать.

В итоге приезжие разъехались и разбежались. К тому времени, когда в поселок прибыла милиция, на месте драки оставались лишь две разбитые машины — «Газель» и «Лада» пятнадцатой модели. В «Ладе» сидел водитель, который, как утверждают сагринцы, предложил приехавшим милиционерам «решить вопрос через друзей». «Решению» помешали женщины, услышавшие разговор. Впрочем, задерживать водителя в итоге все же не стали.

Позднее выяснилось, что один из нападавших, родившийся в Грузии азербайджанец Фаиг Мусаев, в ходе конфликта получил несколько тяжелых огнестрельных ранений. Уезжая из поселка, подельники забрали его с собой. Потом они оставили раненого на пороге больницы в Екатеринбурге. Когда медики обнаружили Мусаева, он был уже мертв.

Милиционеры задержали Виктора Городилова — как владельца единственного в Сагре зарегистрированного ружья, а также Сергея Зубарева, которого сочли зачинщиком конфликта. Зубарев утверждает, что милиционеры допрашивали его восемь часов, не давая воды, обкуривая сигаретами и требуя признаться в убийстве. По словам сагринца, ему пообещали подбросить наркотики. Также милиционеры заявили, что убитый был племянником вышеупомянутого вора в законе Новруза Аббасова (Заура). Они сказали, что если Зубарев быстро сознается в убийстве, его поместят в камеру, где представители криминального мира не смогут ему отомстить. Позднее выяснилось, что эти заявления были блефом — никакого отношения к Аббасову Мусаев не имел. Если не считать пресловутой национальности.

Если бы жителей Сагры волновала именно национальность нападавших как таковая, они, наверное, обратились бы за помощью к представителям националистических движений. Но претензии сагринцев изначально относились не к внешности и фамилиям, а к преступлениям, в которых нередко прослеживается этнический оттенок. Одно из главных таких преступлений — наркоторговля. Поэтому сагринцы пожаловались на случившееся представителю фонда «Город без наркотиков» Евгению Маленкину. 4 июля тот описал ситуацию в блоге. Затем вопросом вплотную занялся сам лидер фонда Евгений Ройзман. Он посетил Сагру и начал регулярно писать о событиях в поселке в своем блоге.

Как результат, ситуация вызвала широкий общественный резонанс. На Сагру обратили внимание не только блогеры, но и высокопоставленные чиновники, и известные политики. Статьи о событиях в поселке были опубликованы в крупнейших газетах, репортажи из Сагры стали транслировать федеральные телеканалы.

В итоге преступление начали расследовать гораздо более тщательно, чем вначале. Помимо уголовного дела об убийстве Мусаева, были возбуждены два дела о хулиганстве — в отношении нападавших и в отношении жителей Сагры. Зубарева и Городилова отпустили из милиции (правда, никого другого вместо них пока так и не задержали — хотя личности нападавших, по некоторым данным, уже установлены). Следственный комитет РФ забрал все три дела у милиции. Глава СК Александр Бастрыкин лично посетил Сагру. Как утверждает Ройзман, после беседы с местными жителями Бастрыкин сказал милиционерам: «И действительно, как вооруженная банда на пятнадцати машинах могла проехать от Екатеринбурга до Сагры, и их никто не остановил? И еще — вы понимаете, что было бы, если бы мужики не сумели их удержать и они прорвались бы в деревню?».

Примерно такие же вопросы возникали, когда в станице Кущевская Краснодарского края после убийства 12 человек «неожиданно обнаружилась» банда, с 1990-х годов совершавшая преступления с ведома правоохранительных органов и чиновников. Тогда федеральные власти обратили внимание на станицу из-за очень значительного преступления. Теперь же скандал, заставивший центральные власти ознакомиться с провинциальными порядками, разразился из-за гораздо менее заметного случая. Убийство одного взрослого мужчины в массовой потасовке — это не резня, в результате которой погибли 12 человек (в том числе дети). А значит, дело в другом. И при размышлениях об этом «другом» неизбежно вылезает национальная подоплека.

Впрочем, пока нельзя сравнивать Сагру и с другим печально известным населенным пунктом — карельской Кондопогой. Жители Сагры не стали устраивать погромы по национальному признаку, а решили действовать вполне мирными методами, обратились в общественную организацию. Митинг в поддержку сагринцев, состоявшийся в Екатеринбурге 7 июля, прошел на удивление спокойно. И сами участники акции не выходили за рамки приличия, и правоохранительные органы не пытались их разогнать (хотя митинг был несанкционированным).

И, что самое интересное — мирные методы возымели действие. Может быть, в конце концов это приведет к постепенному разрешению многих назревших проблем. И наркоторговли, и коррумпированности правоохранительных органов, и этнической преступности… Главное — помнить, что все эти и многие другие проблемы тесно взаимосвязаны, и разрешать их надо комплексно. Ничего не переоценивая, но и не замалчивая.
+4
Внимание! Комментарии отображаются только для зарегистрированных пользователей.