Зал Славы Спартак Москва - СОЧНОВ Владимир

Сочнов появился в «Спартаке» в 1981 году. В Тбилиси будущие обладатели Кубка Кубков уверенно громили «Спартак», Кипиани забил Дасаеву невообразимым образом под перекладину. Сочнов вышел, когда исход не вызывал сомнений, но хотелось проиграть поприличнее. Как он выглядел? Хорошо, но не более. Типичный крайний нападающий, старательный, напористый. Он накатывался на тбилисскую оборону, однако утыкался в мягкую стенку, и та его пружинила обратно. Простору, маневра, воздуха явно ему не хватало. Впрочем, тогда об этом не думалось. Думать и размышлять пришлось потом, когда Владимир Сочнов стал регулярно появляться на месте правого защитника.

В принципе проблема правого края обороны стояла перед командой давно: с чемпионского 1979 года, после ухода Букиевского. Опыты с Калашниковым в 80-м были неудачны. Сочнов поначалу тоже слабо играл позиционно: соперник постоянно оказывался сзади, надо было догонять, что не всегда получалось. Позже, с опытом, Сочнов грубых ошибок подобного рода не допускал (хотя до какого-нибудь Калина ему все равно было далеко), затем стал получаться под­кат. Сочнов выглядел достаточно надежно.

СОЧНОВ Владимир

Но в какие-то моменты даже не хотелось думать, что ему надо вернуться на­зад. Хотелось видеть его впереди. Сочнов атаковал. И - это важный момент -атаковал как нападающий. Чувствовалось, что у него всегда был выбор в атаке. Мог сделать так, мог - иначе. Он набегал из глубины поля и шел вперед с совершенно удивительной дерзостью. «Спартаку» такое оказалось очень кстати. Гав-рилова, Черенкова держали как диспетчеров, Родионова - как единственного чистого нападающего, прикрывали и возможные свободные зоны. В какой-то степени Сочнов получал свободу. Помнится матч, где он попросту срезал угол и пошел на

ворота. Поразительное заключается в том, что до вратаря он добрался, ударил - и это при современной насыщенной обо­роне! Забил же Сочнов немного, не больше, нежели любой атакующий защитник. Вот и тот поразительный проход го­лом не закончился. Чем это объяснить?

Быть может, Сочнов и не собирался все свое многообра­зие завершать ударом по воротам. Удар он держал в качестве угрозы. Нет, сочновские подключения запомнились иным: растеренностью обороны противника, ощущением ритма атаки, когда гол должен быть как решающий аккорд, завершение на высшем пике. Забить могли и другие. Слава богу, в «Спартаке» такие исполнители были.

СОЧНОВ Владимир

Возможно, ему не хватало техники. В привычном нашем понимании: аккуратной, надежной, классической работы с мя­чом. А Сочнов временами и мяч-то несколько дворовым образом от себя отпускал. Разве так играл на фланге, допустим, Гу-цаев? У того мяч при приеме будто прилипал к ноге. Правда, и соперник был готов к бою. Гуцаева это, впрочем, не волновало: в запасе такое количество финтов, такое разнообразие, что шансов даже у отмобилизованного защитника мало. Грубость разве что. Сочнов мяч принимал неудобно. Для себя. И для соперника. Ему, сопернику, тоже надо приспособиться. А он не успевал. Когда же успевал, в силу вступало очаровательное сочновское нахальство. Он словно не допускал, что финт его может не получиться, он и не стремился обыграть эффектно, чисто, картинно перепрыгнув через растянувшегося противника. Сочнов выуживал мяч, часто попросту раньше вскочив с газона. Вскакивал и с выцарапанным мячом мчал дальше, экс-кортируемый ошарашенными защитниками.

Так шло года два - 81-82-й. Это были лучшие годы Вла­димира Сочнова в большом футболе. Он играл не просто хо­рошо, он постоянно играл хорошо. Он играл даже тогда, ког­да в команде игры-то, собственно, не было (в начале сезона), и он блистал, когда игра появлялась. Он бегал, когда все сто­яли, и он абсолютно вовремя делал паузу, рвал ритм наступ­ления, когда скорости вдруг возрастали. Что особенно лю­бопытно: не так уж часто Сочнов объявлялся в линии атаки. Не был он никаким там скрытым, дополнительным напада­ющим. Он был крайний защитник и большую часть времени проводил в обороне. Но он подключался тогда, когда в этом возникала необходимость, и в каждом своем подключении запоминался.