08 августа 2015, 22:19 Экс-игроки 13

Черчесов: Не хочу быть первым запасным

После публикации первой части эксклюзивного интервью бывшего главного тренера «Спартака» Станислава Черчесова корреспондентам EF Дмитрию Вавилову и Александру Августину специалист сам позвонил в редакцию и сообщил о том, что данный материал имел большой успех в Германии. Поэтому не будем томить наших немецких читателей, а также персональных поклонников Станислава Саламовича в России и по всему миру в ожидании и предлагаем их вниманию продолжение этого поистине захватывающего разговора, речь в котором пойдёт о наиболее ярких и спорных моментах в его тренерской биографии.

– Внимательно наблюдая за вашей работой в «Спартаке», «Тереке», «Амкаре» и «Динамо», удалось подметить один любопытный факт: результаты по осени у вас всегда несколько лучше, чем по весне. Чем это можно объяснить?
– А почему вы сделали такой вывод, что результаты весной чуть слабее?

– Об этом свидетельствует турнирная таблица.
– Поймите, чемпионат – это длинный марафон. К тому же переход на систему «осень-весна» привёл к тому, что мы играем фактически два разных чемпионата. И футболисты весной уже забывают всё, что было осенью.

– Неужели это имеет такое огромное значение?
– А как же! Конечно. Сейчас вспоминаю, как мы поехали зимой на сбор с «Тереком». Сыграли один товарищеский матч, другой, идут тренировки. Тренер сразу чувствует какие-то вещи. Сказал футболистам один раз, второй, третий – не понимают. Потом собрал команду вместо тренировки и показал бездарную игру в товарищеском матче, проведённом накануне, а после показал один тайм, который мы сыграли с «Зенитом». Спрашиваю у игроков: «Где настоящий «Терек»? Вот это наш с вами «Терек», а это чей? Объясните мне!». Всё дело в том, что когда футболисты ушли в отпуск на четвёртом месте, они вернулись в благодушном настроении. «Терек» ведь никогда на чётвёртом месте не был. А если бы мы ушли предпоследними, знаете, какими бы футболисты пришли. Тем не менее мы до последнего продолжали бороться за попадание в Лигу Европы, но на финише нам не хватило всего лишь двух очков.

– И всё-таки, это какая-то общая проблема или каждый отдельный случай имеет свои индивидуальные особенности?
– В футболе редко бывает что-то общее. Ведь разные клубы имеют разные возможности. Везде свой коллектив, игроки со своими особенностями мышления и т.д. Поэтому ситуации бывают разные. Плюс есть обстоятельства, которые не зависят от тренера. Например, мы выигрываем с «Амкаром» у «Ростова» 3:1. И судья два таких мяча в наши ворота сделал, что мы 3:3 сыграли. Нас там просто «убили», а мы могли на два очка больше иметь.

– Это отдельный матч.
– Могу привести в пример ещё нескольких таких отдельных матчей. Поэтому и говорю, что тренер не может предугадать такие вещи. Его задача – подготовить команду к игре. Но ведь есть ещё и соперник. Допустим, играет команда Х, которую всерьёз не воспринимают. Но когда она добивается результата, её начинают воспринимать иначе и играют с ней совсем по-другому. Раньше с «Тереком», грубо говоря, надо было только в Грозном сыграть на всю катушку, потому что он был домашней командой. А потом мы на выезде «Зенит» обыграли, ещё кого-то и ещё кого-то, и уже отношение такое, что к нам «Терек» в гости едет, поэтому к матчам с ним и соответствующая подготовка.

– Однако в отношении «Динамо» априори ни у кого не могло быть шапкозакидательских настроений.
– Это другая история. Перед приходом в клуб с президентом Борисом Ротенбергом и спортивным директором Гурамом Аджоевым подробно обсудили, что нужно сделать. Всё было сделано, команда занимала второе место и выиграла шесть матчей в группе Лиги Европы. И это притом, что «Динамо» проводило по 10 игр за месяц. Зимой же ничего не удалось сделать из того, что планировали. И все увидели: из команды ушло четыре футболиста, другие то ли продлевают контракт, то ли не продлевают. У «Динамо» выдался сложный календарь на старте весенней части сезона, когда пошли тяжёлые игры на два фронта. Плюс вылет от «Наполи» из Лиги Европы при равной игре. На футболистов психологии это ведь тоже сказывается. И таких нюансов было достаточно много. А в итоге мы пришли к тому, что финалом стало нарушение финансового «фейр-плей». Хотя могу сказать, что мы об этом говорили на протяжении полугода. Или возьмите важнейший матч с «Краснодаром» в последнем туре, где решалось, попадём мы в еврокубки или нет. Сравните, в матче первого круга с «Краснодаром» у нас в запасе были Кураньи, Козлов, Ванкёр, Джуджак, Ионов, Губочан, Бюттнер, а во второй игре с тем же соперником на замену выходили Катрич, Кузьмин и Ташаев. Вот отсюда и разница. Поэтому как здесь можно однозначно ответить на вопрос: почему мы весной стали играть не так ярко?

– Наверное, это действительно не повод, чтобы спускать всех собак на главного тренера.
– Главный тренер всегда остаётся главным тренером. В профессиональном спорте он всегда в ответе за результат. Но если бы у меня в распоряжении была вся команда, тогда бы первый с себя спросил. А сейчас невозможно правильно ответить на этот вопрос. Если бы сам знал правду, то обязательно сказал бы, а сейчас не могу. Не подумайте, что жалуюсь или ищу себе оправдание. Если знаю, что делаю что-то не то, то мне даже не надо ничего говорить. У тренера работа такая. После каждого пропущенного мяча можно придумать какое-то оправдание – не видел, поскользнулся, ветер, дождь, солнце. Но у вратаря такая же ответственность, как и у тренера. Ты не должен себя обманывать, ты должен сам себя объективно оценивать.

– Что же в таком случае произошло со «Спартаком» в первой половине 2008 года, когда команда, которой не хватило буквально самой малости до чемпионства в предыдущем сезоне, перестала демонстрировать яркий футбол, притом, что кадровых потерь не было, а чемпионат проводился по системе «весна-осень»?
– Для того, чтобы это понять, необходимо хорошо знать психологию профессионального спортсмена. Когда тебе чего-то не хватает, когда у тебя был шанс стать чемпионом, но ты им не стал, для кого-то, как, например, для «Баварии», когда она проиграла в финале Лиги чемпионов «Манчестер Юнайтед», это послужило таким раздражителем, что она через короткий временной промежуток стала чемпионом Германии и выиграла Лигу чемпионов. Но когда в команде собраны возрастные футболисты, которые каждый год идут к золоту, а им опять чего-то не хватает, это их прибивает. Вспомните, ведь в 2006 году «Спартак» практически тем же составом также финишировал вторым, набрав одинаковое количество очков с цска. И когда всё это постепенно накапливается, со временем теряется мотивация. Вы не обращали внимание, что в таких ситуациях человек уже не может себя мотивировать. Он себе иногда уже в этом не признаётся. Но тренер чувствует, что футболист уже не может сделать следующий шаг. А как в таком случае всей команде сделать следующий шаг? Но вопрос-то опять к тренеру.

– Неужели нельзя было найти других игроков, которые по своему уровню не уступали бы прежним лидерам команды? Ведь того же Веллитона нашли.
– Так давайте найдём, я готов всегда! (улыбается). Нашли же в «Динамо» других игроков, которые пришли и сделали его командой совершенно другого уровня. Или в «Тереке» 11 человек ушло и 11 пришло. Команда тоже стала совершенно другой. Поэтому не говорю, что с тем «Спартаком» уже ничего сделать было нельзя. Другое дело, что команду иногда надо разбавлять, чтобы мотивация у неё была всегда максимальная. Человеку, не погружённому в этот процесс, порой бывает очень трудно понять такие нюансы. Вот и стараюсь объяснять эти вещи. Кстати, прочитал из прессы слова Гвардиолы, который говорит, что футболисты должны его убеждать, потому что тренер решает, кто играет. Значит, там такая же проблема. За былые заслуги ты никого не будешь ставить в состав, потому что есть конечный результат, за который спросят с тебя.

– То, что вам тогда не удалось привести «Спартак» к золотым медалям, это ваше самое большое тренерское разочарование?
– Нельзя мыслить такими категориями. Значит, так должно было быть. Списывать всё на невезение неправильно. Потому что в профессиональном футболе невезение – это неуместное слово. Значит, где-то нас не хватило, возможно, сам что-то сделал не так. Кто-то не попал в пустые ворота. Значит, надо было ставить того, кто попадёт. Но моя задача – идти дальше. Да, чемпионами в Спартаке» мы тогда не стали. Но на сегодняшний день не знаю, отказался бы «Спартак» не стать чемпионом в последнем туре. Ведь как приходилось слышать, перед ним сейчас стоит задача – попасть в Лигу Европы.

– У вас же наверняка было ощущение, что «Спартак» в 2007 году был сильнее «Зенита», что он и подтвердил в личных встречах как в чемпионате, так и в Кубке России?
– Сильнее или не сильнее – это сейчас уже неважно. Просто есть вещи, которые от тебя не зависят. Ещё раз повторяю, самое главное – это то, что потом. Никуда не пропал, продолжаю жить, работать со своим тренерским штабом и убеждён, что сегодня мы сильнее, чем тогда. Прекрасно это осознаём, но также знаем, что есть нюансы, которые надо исправлять.

– Кто, на ваш взгляд, является самым сильным футболистом из числа тех, с кем вам, как тренеру, доводилось работать?
– В зависимости от амплуа могут быть разные варианты. По крайней мере один из самых сильных, кого доводилось тренировать, это Вальбуэна. Но поймите, каждый игрок, обладающий высоким уровнем мастерства и интеллекта даёт тебе возможность расти. Если, допустим, в «Терек» приходит Иванов, которого, кстати, все списали, поскольку он до этого полтора года нигде не играл, ты его начинаешь тренировать и уже знаешь, что он тебя заставляет думать. Так вот, люблю тех футболистов, которые меня заставляют думать, в том плане, что у них возможностей больше и эти возможности надо правильно использовать. Они расширяют твой кругозор, благодаря чему ты сам растёшь. Такими футболистами в моём понимании являются тот же Вальбуэна, тот же Иванов, тот же Благо (Благой Георгиев – примечание EF), который был атакующим полузащитником, а мне удалось из него сделать опорника, хотя он сомневался в этом. Но отмечу, что и те футболисты, которые ошибаются, тоже заставляют расти, те, которые не выполняют задание, заставляют думать.

– А есть такие игроки, которых вы были бы готовы пригласить в абсолютно любую команду вне зависимости от стоящих перед ней задач?
– Со временем выбор тренера может меняться. Но спортсмен в первую очередь должен оставаться спортсменом. Это значит, что если он спортсмен, то неважно, любит меня или не любит, дома жена ужин приготовила или не приготовила, ребёнок заболел или не заболел, но он выходит на поле и выкладывается по максимуму. По себе это знаю. Когда ты вышел на поле, то уже ни о чём не думаешь. Второе – это уже непосредственно футболист. То есть он должен уметь играть. Однако если ты умеешь играть, но ты не спортсмен, один раз играешь, а три нет, и конечного результата никогда не будет. Иными словами, если ты не спортсмен, то получается, что есть марафон из 30 игр, ты одну сыграешь, а всё остальное время читаешь, что про тебя пишут. Кроме того, есть ещё и человек. Это ставлю последним, как бы вам это не показалось странным. Всё-таки мы на работе, поэтому для начала должно быть уважение. А если потом и человеческие качества начинают срабатывать, то, разумеется, не против этого. Потому что, как говорится, хороший человек – это не профессия.

– Среди ваших подопечных есть такие люди, на которых вы бы всегда смогли положиться как на футбольном поле, так и за его пределами?
– Конечно, есть. Но у меня не получилось, в отличие от других тренеров, работать с этими людьми в других командах. Допустим, хотел взять футболиста, фамилию которого называть не буду, из «Терека» в «Амкар». Не получилось, потому что он стоит денег, которых у клуба не было. Также хотел взять в «Динамо» пару игроков из «Терека». Уверен, что они бы подошли под задачи, стоящие перед командой. Даже не сомневайтесь, ведь в команде есть роли, которые определяет тренер. Например, есть первая роль, а есть вторая. Поэтому можно было бы грамотно всех расставить по своим местам без ущерба для конечного результата. В этом плане мной ведётся скрупулёзная работа. Потому что знаю потенциал многих футболистов, но нужна соответствующая обстановка, чтобы они могли сделать следующий шаг в профессиональной карьере. Хотя можно не угадать и ошибиться. Но это искренняя ошибка, а вовсе не то, что мне кто-то нравится, а кто-то нет. Кстати, в «Амкаре» тоже есть пара футболистов, которых хотел бы видеть в «Динамо».

– Раз вы не хотите называть фамилии этих игроков, то, возможно, разобраться в этом нам мог бы помочь тренерский штаб сборной России, который вызывал в расположение национальной команды некоторых ваших бывших подопечных, например, того же Олега Иванова?
– Не поймите превратно, но ещё раз повторяю, что Иванов нигде не играл полтора года. И когда был разговор с руководством, меня спросили, Иванов помощник или не помощник? Сказал, что помощник. Плюс Лебеденко. Почему-то через пару месяцев и одного, и второго вызвали в сборную. А из «Амкара» в неё вызвали Семёнова и Канунникова.

– А есть среди тех игроков, с которыми вы работали, люди, по тем или иным причинам не сумевшие реализовать свой потенциал, хотя из них могли получиться вполне реальные футбольные звёзды по российским меркам?
– Могу назвать М’Вила. На сборах видел, что это игрок очень высокого уровня. Когда начались контрольные игры, он это продемонстрировал. Забил «Аяксу», с «Монако» произвёл очень хорошее впечатление.

– Всё-таки это товарищеские игры. Например, тот же Лукас Барриос забивал за «Спартак» на сборах приличное количество мячей, а в официальных играх у него наступала голевая засуха.
– Барриос – топ-футболист, которым сам любовался, когда он играл в «Боруссии». Просто, как говорил Константин Иванович Бесков, всё надо делать вовремя. Что это означает, объяснять не буду, профессионалы и так всё понимают.

– Среди нынешних игроков есть те, которых для футбольного сообщества открыли именно вы. Один из них – это Сергей Паршивлюк, который сейчас вызывается в сборную России, а когда-то вы доверили ему место на поле в одном из главных матчей для «Спартака» в 2007 году против «Зенита». Это был осознанный выбор или у вас просто не было другого выхода?
– Выход всегда есть. Всё же показывает время. Поставил его на ту игру не потому, что больше не кого было. Поверьте мне, нашёл бы кого поставить, что-нибудь придумал бы. Но если что-то вижу, не могу же глаза закрыть. Если человек заиграл, значит, правильно увидел. И Сергей до сих пор играет очень прилично, в «Спартаке» был капитаном, вызывается в сборную. Или возьмём «Динамо». Ещё зимой мы с тренерами видели Зобнина и обсуждали необходимость его привлечения к работе с основной командой. Все-то думают, что это случайно, но знаю, что это далеко не так. Мы же с ним работали и всё прекрасно видели. Важно было его правильно подвести к основному составу и не прозевать этот момент, когда, раз у него хорошо идёт, надо его поддержать, чтобы он мог приносить реальную пользу.

– Даже красная карточка, полученная Романом Зобниным в Неаполе не поколебала в вас уверенность в правильности сделанного выбора?
– Абсолютно нет. У нас даже сомнений никаких не было. Потому что он уже зимой демонстрировал определённую готовность. Время показало, что мы не ошиблись. Кстати, в недавнем матче с «Локомотивом» вышел Морозов и забил гол. А мы его полтора года готовили, он у меня и на сборе играл. Значит, если мы его держим, то делаем это не просто так, а для чего-то. И раз его поставили на матч с «Локомотивом», то это не потому, что больше было некого. Уверяю вас, что в дубле «Динамо» есть ещё пара способных защитников. Но здесь всё должно делаться в интересах команды. Правда, если интерес команды и игрока совпадает, то это вообще идеально.

– В интересах команды вы не поставили Артура Юсупова на матч с «Зенитом»?
– Конечно. Потому что голова у игрока в этот момент была в Питере. После этого вернул его в состав, опять же, не из-за того, что некому было играть. Это хороший футболист, который прилично играл. Но с «Зенитом» его не поставил, потому что, не дай Бог, он ошибётся. И что тогда? В какой-то степени тем самым пытался его защитить от различных нападок. Но если футболист принимает решение перейти в другой клуб, то почему он не может этого сделать? У нас крепостное право отменили в 1861 году!

– Но ведь во многом из-за этого начался ваш конфликт с Игорем Денисовым.
– У меня не было конфликта с Денисовым. Всё, что было нужно, на эту тему уже давно сказал и мне бы не хотелось вновь повторяться.

– Игру Артура Юсупова в «Зените» видели?
– Конечно, видел. Говорю же, это хороший футболист. У него есть свои плюсы и минусы, над чем мы и работали, часто с ним обсуждали какие-то вещи. Человек ведь не может прибавлять, если нет диалога. Сейчас он достойно играет в «Зените», стал обладателем Суперкубка России. Я очень рад за него.

– Не разделяете мнение тех, кто считает, что Артур Юсупов играет в «Зените» из-за лимита на легионеров?
– Все вопросы к Виллаш-Боашу! (улыбается). В «Зените» точно также могут и Рязанцев, и Файзулин играть, но не играют же, а играет Юсупов. Поэтому надо спрашивать у тренера, почему он делает такой выбор. Кто-то думает, что из-за лимита, а Виллаш-Боаш, возможно, об этом даже не догадывается.

– Андре Виллаш-Боаш сам на лимит жалуется, говорит, что он душит его со всех сторон.
– Виллаш-Боаш с одной стороны прав, а с другой стороны нет. Он прав в том, что, когда ты приезжаешь в новый клуб и тебе рисуют перспективы и что от тебя требуется, ты на это соглашаешься. А когда уже корабль находится в плавании в открытом океане и вдруг выясняется, что пробоина там, пробоина тут, возникает вопрос: почему об этом не говорили на берегу? Вот он и не понимает, как ему быть, ведь брали его чуть ли не для того, чтобы выигрывать Лигу чемпионов. И Виллаш-Боаш об этом открыто говорит.

– Только формулировка звучит странно: задача «Зенита» на групповом этапе Лиги чемпионов – попасть в Лигу Европы.
– Вот с этим не согласен. Кстати, такой же вопрос сейчас Вальбуэна задаёт: зачем я сюда пришёл? Только он делает это более спокойно. Но это уже вопрос к руководству «Динамо», в котором больше не работаю.

– Если бы вы продолжили работу в «Динамо», то оказались бы точно в такой же ситуации, что и Андре Виллаш-Боаш.
– Так об этом и говорю. Значит, что-то поменялось. Но тренировал разные команды с разными бюджетами, и когда что-то происходит, важно, чтобы был диалог. Ведь меня же никто не выгонял и не увольнял. Мы пообщались и спокойно пожали друг другу руки. Пожалуйста, если ситуации разнятся, значит, надо прощаться.

– Вы общались с Матье Вальбуэна по поводу ситуации, сложившейся в «Динамо»?
– Общался не только с ним, но и с другими футболистами, которые позвонили мне после того, как мы распрощались с руководством клуба. Посидели, поужинали и поговорили. У нас никогда не было каких-то недомолвок. Искренне извинился перед ними за то, что сложилась такая ситуация. Но она зависит не от меня.

– Всё идёт к тому, что Матье Вальбуэна покинет «Динамо». Он не просил у вас совета, что ему делать дальше?
– Нет, он совета не просил. Да и никто из игроков этого не делал. Другое дело, что они профессиональные футболисты, поэтому сказал им, что надо продолжать работать.

– Выходит, что вы по-прежнему несёте за них ответственность?
– Понимаете, у каждого, как говорится, своя задача. Моя задача – с футболистом встретиться и рассказать ему, как его вижу, какие перспективы, в какой футбол играем и т.д. и т.п. Когда говорят, что игрок пришёл ко мне или из-за меня, то это не до конца правильно. Потому что, как тренер, могу убедить футболиста, что это будет правильный шаг, а всё остальное зависит уже от президента и клуба, поскольку игрока покупают они. И тут всё в цепочке, иначе не бывает. Если бы сам его покупал и платил зарплату, тогда это была бы моя работа. Но у меня своя работа. В принципе с тем же Вальбуэна мы об этом и поговорили. И то, что мы друг от друга ждали, то и получили. Здесь у нас никаких проблем нет. Другое дело, что теперь клуб должен его убеждать в финансовом плане, чтобы он продолжил выступать за «Динамо». Но тут у каждой стороны есть свои интересы.

– А за свой тренерский штаб, с которым вы уже несколько лет работаете вместе, чувствуете ответственность?
– Это прежде всего команда профессионалов, потому что, будучи действующими футболистами, мы все что-то выигрывали и знаем, какой ценой достаётся успех. И Ромащенко становился чемпионом, и Стауче, и Паников был чемпионом в цска и в «Спартаке» в качестве тренера по физподготовке, и врач Дзгоев был чемпионом в «Алании». Так что, они все знают, что такое надеть на шею золотую медаль. Без ложной скромности могу вам сказать, что это сложная штука, но приятная. А раз эти люди прошли в спорте длинный путь, то они понимают, что не всегда получается так, как ты хочешь. Поэтому всё нормально.

– Это правда, что вы не возглавили «Спартак» после отставки Валерия Карпина, потому что отказались нарушать целостность вашего тренерского штаба?
– Нет. Это абсолютная неправда. В этом плане всё было согласовано.

– В чём же тогда истинная причина?
– Не хотел бы возвращаться к этому. Просто так случилось.

– Почему вы не хотите об этом рассказать?
– Потому что вообще не любитель рассказывать. Я не в «Доме-2», чтобы всем всё разъяснять! (смеётся).

– После ухода из «Динамо» футбола в вашей жизни не стало меньше?
– Конечно, нет. Хотя сейчас надо сделать небольшую паузу. В основном смотрю футбол по телевизору, но когда играются международные матчи, стараюсь выбраться на стадион. Был в Химках на игре цска со «Спартой».

– В баскетболе есть такой термин «шестой номер», то есть первый запасной. Есть ощущение, что, учитывая вашу квалификацию и свободу в обязательствах перед каким-либо клубом, вы сейчас первый запасной среди российских тренеров.
– Отставки в тренерском деле время от времени случаются. Но, во-первых, не хочу быть первым запасным, а, во-вторых, такими категориями думать не привык. Дай Бог, чтобы все мои коллеги работали, и, Боже упаси, чтобы какие-то действия предпринимать! Если надо будет, то меня везде найдут. У меня такой принцип. А моя задача – быть в курсе того, кто где забил, кто где отдал, анализировать свою работу и думать над появлением новых идей.

– Вы себя видите именно в тренерском деле?
– А вы меня видите ещё в какой-то роли?

– Вы же работали спортивным директором в «Спартаке».
– Это да. Но и в «Амкаре», и в «Тереке» приходилось практически всё делать самому, а не только тренировать. В «Динамо» в этом смысле мне было комфортнее, и в принципе люблю, когда каждый занимается своим делом, будь-то тренер или спортивный директор. Правда, иногда их работа пересекается.

– Для вас тренерская работа – это вершина айсберга, или быть генеральным директором, а, может быть, и президентом клуба, это в перспективе вам интереснее?
– Если честно, об этом даже не думаю. На сегодняшний день меня интересует только тренерская работа. Есть определённые цели и амбиции. Думаю, что они здоровые. Не хочу думать о чём-то, чего сделать не смогу.

– Для вас имеет значение ранг команды, из которой вам может последовать предложение?
– Сегодня об этом не думаю. Работал же в «Жемчужине», «Тереке» и «Амкаре», хотя до этого был «Спартак».

– А работа в сборной, причём необязательно России, вам могла бы быть интересна?
– Почему нет?

– Но ведь работа в сборной может как поднять тренера на Олимп, так потом и приземлить.
– А разве «Спартак» не может поднять или приземлить? Когда мы проиграли «Жальгирису» в 1987 году со счётом 2:5, меня потом многие болельщики ненавидели и думали, кого вообще в ворота поставили? Поэтому смею думать, что и эта работа мне по плечу. Кстати, не согласен с теми, кто считает, что клубный тренер и тренер сборной – это разные профессии. Просто подход чуть-чуть другой. Но и там, и там много футбольной аналитики. Другое дело, что, работая в сборной, надо быть более проницательным (это, пожалуй, самое главное слово), нежели в клубе. Потому что надо не угадать, а точно отобрать игроков сегодня и сейчас. Поскольку в клубе ты всех их видишь и понимаешь, что игрок будет из себя представлять через месяц. А в сборной у тебя нет такой возможности, ведь футболисты оказываются в твоём распоряжении лишь на короткое время.

– Дмитрий Аленичев недавно заявил, что он, как и Жозе Моуринью, если и задумается о работе в сборной, то только ближе к пенсии. Возраст для тренера национальной команды играет какую-то роль.
– Дело не в возрасте, а в характере. Характер должен быть такой, чтобы ты мог переключаться. Потому что один, допустим, строитель и строит на несколько лет вперёд. Это плохо? Нет. Сам играл в различных сборных с 15 лет и видел, как работают мои тренеры. Поэтому есть опыт наблюдений за работой тренеров сборных. Больше того, могу вам сказать, что когда два года назад освободился пост главного тренера сборной Польши, мне был звонок. Меня это заинтересовало, потому что тогда у них подрастало хорошее поколение, которое сейчас уже видят все. Работал тогда в «Амкаре», и, наверное, ко мне обратились, потому что в команде было много поляков, как до этого и в «Тереке».

– Почему же со сборной Польши тогда так и не срослось?
– Потому что до конкретики дело не дошло. Но мне было это интересно, потому что видел, что там есть игроцкий потенциал, и оказался прав. На днях был ещё один звонок. Не буду говорить, откуда. Так что, интерес есть не только у меня, но и ко мне. А дальше уже время покажет.

http://www.eurofootball.ru
–49
Внимание! Комментарии отображаются только для зарегистрированных пользователей.