21 августа 2016, 22:30 ФК Спартак-вет 4

Кульков: Мумию «Порту» с песнями носят по Лиссабону в гробу

Вторая часть эксклюзивного интервью с легендарным защитником "Спартака"
- Какой совет Вы дали бы себе 16-летнему?

- Да, может, ошибки и были, но не скажу, что критичные, чтобы глобально что-либо менять. Может быть, посоветовал не тянуть и пораньше завершить карьеру. Не надо было уезжать второй раз в Португалию. Был уже другой уровень, не то качество игры, какое хотелось бы. Надо уметь вовремя заканчивать. Если сейчас есть смысл куда-то поехать на два года в конце карьеры – Эмираты, Китай, Казахстан тот же – чтобы заработать денег, то в те времена об этом даже не думал. И не было таких возможностей. Уехал, потому что подумал – хочу и могу еще поиграть на высоком уровне.
В то же время здесь, в России, была возможность и предложения начать тренерскую карьеру. А я своим отъездом нужный момент упустил и потом, когда вернулся, уже оказалось сложно снова попасть обратно в эту струю.
- То есть Вы бы себе не сказали бы: «Не подписывай письмо четырнадцати»?

- Даже не знаю (смеется). Сложный вопрос. Не считаю, что этот шаг был сделан неправильно. Я думаю, что всё равно пошел бы этой дорогой, вернись я обратно в то время. Другой момент, что, возможно, надо было действовать как-нибудь по-другому.  Многое было сделано на эмоциях, да и быстро, в спешке всё произошло, не было времени особо подумать.


Тем более, что позже я пытался исправить эту ситуацию. Игнатьев, когда приезжал в Португалию, встречался со мной. Мы обсуждали возможность возвращения в сборную. Была определенная договоренность с руководством, что я всех ребят, подписавших этот документ, обзвоню, поговорю, обсудим ещё раз. Было одно условие, что в газете выйдет небольшая заметка о том, что РФС нашел компромисс с игроками, все вопросы улажены. Конечно, этот разговор не гарантировал, что все отказники поедут и будут выступать за сборную. Здесь очень важный нюанс, который надо особо отметить – это был не шантаж, а разговор.


И я всех обзвонил, поговорил. Ребята дали «добро» на то, чтобы поехать со сборной. А потом через несколько дней выходит статья, что нам из отказников никто не нужен, кроме трех человек: Канчельскис, Колыванов и Кирьяков, кажется. Вот и всё. На этом вся история закончилась.


- С кем из команды Вы больше общались вне поля?

- Не хотелось бы выделять кого-то конкретно. У нас и сборная того времени, и «Спартак» были одной командой, одной семьёй. Все вместе и со всеми хорошие, нормальные отношения. Что на поле, что за его пределами обычно всей командой отдыхали, ходили в рестораны.


При Романцеве часто выезжали всей командой в Пирогово – это недалеко от Тарасовки – на пикники. С женами, детьми. Дружный был коллектив. Можно сказать, семья. Каждый уважал товарища. Может, поэтому и бились один за всех и все за одного. Ну, может, чуть чаще остальных получалось пересекаться вне поля с Мамедовым и Пятницким.

А в Португалии больше общался с Юраном, когда играли в "Бенфике".

- Как Вам в Португалии жилось?

- В Португалии замечательно. Страна великолепная, народ очень добродушный. Если брать футбол, то для них это праздник. И для игроков, и для болельщиков. Отношение игроков тоже особое. Там все игроки, когда едут на матч, могли спокойно курить, играть в карты прямо в автобусе.  Всё можно. Никто ничего не запрещал. Отвечаешь сам за себя. А какая там болельщицкая атмосфера! С нашей, конечно, не сравнить. Часто играли вечером, часов в девять, потому что там жарко. А фанаты с утра уже ходят вокруг стадиона, поют песни, машут шарфами, что-то кричат. При этом вокруг очень добродушная среда. Для них это шоу. Есть свои ритуалы. Например, самое главное противостояние португальского чемпионата «Бенфики» и «Порту». Если выигрывает «Бенфика», то жители Лиссабона, собираются, выносят гроб, кладут туда мумию «Порту» и носят по городу с песнями. И наоборот.


- А португальский язык учили? И насколько незнание языка мешает?

- Специально не занимался, но через полгода уже мог общаться на бытовом уровне. Я лично как делал? Для начала выписал на листочек все основные футбольные термины: «слева», «сзади», «пас», «открыт». Ну, сколько этих слов?  15-20 понятий. Выучил их и уже мог общаться на поле. Этого хватало для игры.


- А матом ругались на поле по-русски?

- Только по-русски. По-другому не умею (улыбается). Мы и партнеров научили этим русским словам.


- Сталкивались с нечестной игрой?

- Был в Португалии один момент. Но не знаю наверняка, могу только догадываться. «Бенфика» играла в Кубке обладателей кубков с «Пармой» в гостях. У нас основной защитник, Мозер, в первые 10 минут получает две желтые карточки и удаляется. Причем так быстро и такие фолы – двумя ногами вперед прыгает, уже имея желтую карточку. Очень подозрительно это всё выглядело. Но, опять же, доказательств нет, могу только предполагать.


- А у нас, в Советском Союзе или в России?

- Вспоминается только один момент. Это было в Душанбе. Представители «Памира» к нам подошли и предложили сыграть вничью. По-моему, они даже ничего не предлагали. Ни денег, ни подарков. Просто зашли обсудить: вам очко неплохо и нам нормально.  Мы, конечно, отказались. Ну, они вышли, пять нам закатили и выиграли. А мы такие гордые поехали домой (улыбается).

- Из Ваших детей кто-нибудь занимается футболом?

- Только младший, Вадим. Ему 7 лет, он в нашей академии им. Федора Черенкова тренируется.

Дочь, Елизавета, заканчивает медицинский институт в этом году. А средний сын, Илья, увлекся гонками. Начинал с картинга, сейчас уже гоняет в более взрослых сериях. Не знаю, насколько он хочет профессионально этим заниматься – ему 16 лет, он на распутье. Что дальше – институт или гонки?


- Что посоветует отец?

- Я не лезу. Пусть сам решает. Это его выбор.


- Вы привели молодежный состав «Спартака» к чемпионству в 2013 году. Значит, Академия работает, молодежь есть, воспитывается. Но почему тогда в основу попадают единицы, где теряются остальные?  

- Я бы не сказал, что они пропадают. Играют и в других командах наши воспитанники. Кто-то по своим качествам, может, и не соответствует необходимому уровню, они отсеиваются. Не может каждый из выпускников изначально иметь высочайшее мастерство. Дай бог, если из года по одному-два игрока будут попадать в основу – это уже хорошо.

А вспомните романцевский «Спартак», сколько там было спартаковских воспитанников. А ведь Онопко, Никифоров, Цымбаларь, Карпин – они же все пришли из других клубов. 
Мы молодых стараемся не терять. Возьмем «Спартак-2». Там играют ребята, которые играли в молодежке в 2013 году. Они наигрываются, обстреливаются в ФНЛ, оттуда основная команда вытаскивает и привлекает игроков.

- А вообще насколько нужен «Спартак-2»?

- Конечно, «Спартак-2» нужен. Те же Зуев, Кутепов, Мелкадзе пришли оттуда и привлекаются сейчас к первой команде. Посмотрите, «Спартак-2», заявившись во Второй лиге, практически сразу вышел в ФНЛ, а в том году, если бы не регламент, боролись бы за выход в РФПЛ. Значит, игроки квалифицированные, обученные. 


- Если в «Спартаке-2» такие хорошие игроки, зачем клуб покупает Ещенко, Мельгарехо, Зе Луиша?

- Это сложный вопрос. Вопрос тренера и статуса «Спартака». От «Спартака» всегда требуют сиюминутных результатов. Приходит новый тренер, у него свое видение игры, он приводит своих игроков. Потом тренер меняется. Приходит новый, ему опять нужен результат. Зачем ему рисковать и ставить молодежь? Он просит купить уже опытных игроков, которых он знает, в которых уверен. Здесь, на мой взгляд, действует такая логика.

- Так что же мешает молодым?

- Тут много аспектов. И деньги тоже играют свою роль. Когда я работал в "Локомотиве", у нас был такой молодой защитник – Ефимов. Хорошо играл, его к основе подтягивали, под сборную вызывали. А потом он подписал контракт с большой зарплатой и первое, что сделал, сразу купил Porsche Cayenne. И пошел регресс. А где он сейчас? Я его не вижу. Не хочу сказать, что деньги не нужны, но во всем должна быть мера.  


- Вы бились, бегали по полю, выходили в полуфиналы Кубка чемпионов. Сейчас мы часто видим, как игроки больше мучаются, чем играют. Что было такого у Вас, чего нет сейчас?

- Однозначно нельзя ответить на этот вопрос. Здесь много чем можно объяснить. Был коллектив, зарплаты не расхолаживали, мы хотели играть в футбол. Скажу так: если человек выходит на поле, чтобы играть в футбол, то он ИГРАЕТ, носится по полю и выкладывается на 110% ради результата. А если он выходит на газон, а у него в голове: «когда там зарплата?», что он там наиграет? Наверное, такой у нас теперь уровень российского футбола. И ажиотаж вокруг накрученный. Игроки средние, а преподносится всё, как высочайший уровень.


Как можно после матчей с мальтийской «Биркиркарой», пусть и уверено выигранных, всерьез обсуждать, что «Краснодар» готов бороться за выигрыш Лиги Европы? Это же несерьезно.


- Что нам надо сделать, чтобы чемпионат России стал конкурентоспособным?
- Можно много обсуждать. Нужен комплекс мер. Нет одного рецепта – мы сейчас вот это вот сделаем, и тут же все побегут и будут всех побеждать. А чтобы советовать, что именно делать, надо быть внутри руководящих структур, понимать, как это делается, знать внутреннюю кухню, быть профессиональным управленцем. Поэтому так легко невозможно ответить.

- Какова Ваша позиция конкретно по вопросу лимита?
- Вопрос даже не в лимите, а в конкуренции. Если те условия, которые есть, не создают её, значит, нужно что-то менять. Лимит надо отменять совсем или изменить формулу. Необходима конкуренция, игроки должны доказывать, что они что-то умеют, что они лучше остальных, грызть землю на тренировках и через это расти в профессиональном плане. Могут уезжать в Европу, там показывать, что они чего-то стоят. Но с другой точки зрения, кто откажется от таких денег, которые у нас платят? А это уже второй вопрос. Всё цепляется одно за другое.
«Хотел бы видеть Рэмзи в «Спартаке»

 

- В чем Вы видите разницу между игрой современного «Спартака» и футболом, который показывала команда в 90-е годы?
- Как можно сравнивать? Сейчас команды применяют совсем другие схемы. Если раньше играли с последним защитником, персональной опекой, то сейчас обороняются больше зонами. Много нюансов, которые трудно состыковать между собой.

Да и играли раньше по-другому. Сейчас центрального защитника на чужой половине поля очень редко увидишь, обычно они доходят только до середины поля. А у нас такого не было, все бегали по всему полю. Номинально, да, называли: ты защитник правый, ты – левый, ты – центральный, а во время игры ты мог оказаться на другом фланге по диагонали. Вспомните, как Никифоров к атакам подключался, какие голы забивал. Как из пушки. Базулев у нас играл последнего защитника, но постоянно бегал вперед и оказывался у углового флажка. Играли по ситуации на поле.


И потом, раньше защитники намного сильнее играли один в один, может, потому не боялись подключаться и оставлять одного с нападающим. Потому что если один в один оставались, были спокойны, что защитник не проиграет.


- Что бы Вы, как защитник, изменили в обороне сегодняшнего «Спартака»?

- Большое значение имеет концентрация. Её не хватает. В какой-то момент происходит минутная расслабленность, игроки выключаются и пропускают. Вот возьмем игру с АЕКом в Москве. Когда смотрел, у меня внутри всплыло такое сравнение – вспомните, как играли Онопко и Никифоров. Они спокойно передавали друг другу мяч сзади, вытягивали нападающих на себя, потом отрезали одного, отрезали другого, и уже оставались открытые полузащитники, которым следовала передача.


А сейчас сыграли на выезде 1:1. Счет устраивает. Не великолепно, конечно, но нормально. Подержите мяч, не бегите сломя голову вперед! А у нас начались какие-то непонятные длинные диагональные передачи. Ошибки, обрезы. Вместо того, чтобы спокойно контролировать игру, подавлять соперника и в конце концов поймать на ошибке и забить. Это же киприотам нужно было забивать во что бы то ни стало, а не нам.


- Это квалификация защитников?

- Да нет, ребята достаточно опытные. Макеев, Бокетти сколько уже играют в «Спартаке»? Кутепов тоже не первый год в команде. Ещенко уже за тридцать. Скорее это давление результата и неуверенность. Желание держать мяч подальше от ворот, как бы чего не вышло.


- Поддерживаете решение Леонида Федуна, подписавшего заявление Аленичева?

- Я думаю, что здесь большую роль сыграли эмоции, повлиял проигрыш от АЕКа. Других причин не вижу.


- Если бы вас назначили главным тренером, каким был бы Ваш первый шаг?

- Я бы первым шагом переступил порог Тарасовки (смеется).


- Вы курируете в Академии ребят 1999 – 2001 годов рождения. За кем из них стоит внимательнее последить?

- За ними уже внимательно следят (улыбается). Вообще, есть ребята 2000 г.р., к которым присматриваются в дубле. Тренируются вместе с ними, помогают. А в 1999 г.р. есть Саша Руденко, Илья Мазуров, Денис Пацаев – эти ребята уже привлекаются в молодежный состав «Спартака».

- Кого Вы хотели бы видеть в «Спартаке» из состоявшихся игроков?

- Мне по чемпионату Европы очень понравился Аарон Рэмзи из сборной Уэльса. Мне кажется, он смог бы помочь «Спартаку». Он креативный, быстрый, много и уверенно играет вперед.

 

«Иногда хочется послать всех подальше»

- Как отметили 50-летний юбилей?

- Простенько, скромненько в кругу семьи и самых близких знакомых. Народу было немного. Посидели, вспомнили былое.


- Какой подарок запомнился больше остальных?

- Вообще к материальным подаркам отношусь спокойно. Самый лучший подарок в жизни мне сделали мои тренеры, благодаря которым я заиграл на высоком уровне и добился успехов в футболе. И мои близкие, которые всегда были рядом и поддерживали меня, когда это было необходимо. Скажем так, лучший подарок – люди, которые встречались мне на пути и помогли мне стать тем, кем я стал.


- Вас узнавали на улице?
- Честно говоря, в России особо не узнавали. В Португалии больше сталкивался с этим. А здесь – только у автобуса после игры. Ещё бывало в магазин или в кафе придешь, в спокойной обстановке могли узнать, а так чтобы на улице – не помню. В последнее время узнают чаще. Сейчас делаю ремонт. Ребята в фирме, болельщики «Спартака», узнали, сделали хорошую скидку. Пустячок, а приятно.


- Что любите делать в свободное время?


- Сейчас уже веду больше оседлый образ жизни. В выходные с семьей на дачу ездим. А в обычные дни тренировки, собрания, потом по делам туда-сюда. Устаешь, приедешь домой, телевизор посмотришь, вроде и день прошел.




- Вы верите в бога?


- Не знаю, в Бога или нет, но во что-то там наверху верю. Были моменты, после которых понимаешь, что ты не один. Как-то ходил к Матроне, постоишь, поговоришь, попросишь что-то, потом вдруг – раз! – и решается вопрос, сбывается то, о чем просил. Но кроме надежды на бога надо и самому ставить цели и стремиться их добиться. Я как делал? Берешь бумажку, рисуешь или пишешь себе цели и время. Я для себя определил что-то и поставил цель на три года. И добился её. Не знаю, как это назвать. Может, и помогает провидение, когда очень чего-то желаешь. Как говорится, мысли и желания материализуются. Причем свершалось что-то совершенно неожиданно. Вроде нет ни средств, ни возможностей, ничего, а потом как-то ни с того ни с сего приходит какой-то человек и предлагает – на, возьми. 



- Что бы Вы поменяли в этом мире?


- Много чего поменял бы, конечно. Мне не нравится обилие войн в мире, постоянные исламские угрозы. Непонятна и неприятна политика американцев в отношении нашей страны. Моё мнение - пусть сидят там у себя в стране и смотрят на себя и свои проблемы. Меня это раздражает, но понимаю, что ничего не могу сделать. Иногда хочется послать всех подальше и сказать им: «сидите там у себя, мы как-нибудь сами проживем без вас».




- Вы получите зарплату и…


- Рассчитаюсь с кредитами.



- Ну и в конце пожелание болельщикам.

- Верьте, поддерживайте команду, и победы обязательно придут. Это касается и «Спартака», и сборной России.

Источник: www.eurofootball.ru
+39
Внимание! Комментарии отображаются только для зарегистрированных пользователей.