17 мая 2018, 17:15, Чемпионат Мира по хоккею 2018, 1/4 финала
4 : 5
Канада

Рашит Давыдов: «На Чемпионате мира у нас не было вратарских поражений»

Тренер вратарей сборной России и ска — о прошедшем чемпионате мира, замене вратаря перед четвертьфиналом с Канадой и расставании с Олегом Знарком. Одним из самых резонансных событий чемпионата мира по хоккею в Дании стало решение тренерского штаба сборной России поставить Игоря Шестёркина основным вратарем в четвертьфинальном матче против команды Канады. На прошлогоднем ЧМ в Кёльне и Париже голкипер петербургского СКА был третьим номером после Андрея Василевского и Ильи Сорокина. В этом же статусе он выиграл Олимпийское золото в Пхёнчхане — вторым вратарем был Илья Сорокин, а основным — Василий Кошечкин. Однако уже перед поездкой в Данию Игорь Шестёркин ощутимо укрепил свое положение, а в ходе турнира и вовсе вытеснил Василия Кошечкина с позиции первого номера. Несмотря на поражение в овертайме (4:5) от канадцев, претензий к 22-летнему вратарю не было.

В интервью «Известиям» тренер вратарей сборной России и СКА Рашит Давыдов разъяснил кадровые политику штаба сборной, а также рассказал, как изменились его полномочия после увольнения Олега Знарка и Харийса Витолиньша и прихода на пост главного тренера Ильи Воробьева.

— Довольны игрой вратарей на чемпионате мира?


— Каждый сыграл на своем уровне. Не считаю, что у нас были вратарские поражения. Все понимали, какой уровень будет у этого турнира. Понятно, что основные вопросы к нам — по решению поставить Шестеркина на четвертьфинал. Но я скажу, что к Кошечкину не было претензий по матчу со Швецией — он сыграл нормально. Просто мы решили поставить против Канады более подвижного вратаря.

— Нет ощущения, что Игорю Шестёркину не хватило практики игр против соперника такого уровня?

— Сейчас очень легко говорить об этом. Всегда возникают такие вопросы, если что-то не получилось. В матчах группового турнира мы решили разбить игровое время между Кошечкиным и Шестёркиным, дав Игорю полностью сыграть в двух матчах, и он не подвел. А что касается матча с Канадой, то сразу после встречи со Швецией мы всем тренерским штабом единодушно решили, что на четвертьфинал надо ставить Шестёркина. После игры с Канадой ни у кого из тренеров не было сожалений о принятом решении. Василий и Игорь сделали на этом турнире всё, что могли. Но вы видели, какое исполнительское мастерство было у тех же шведов и канадцев. На этом уровне имеют значение мельчайшие детали. Дашь кому-то лишний метр пространства и лишнюю секунду времени — и ты проиграл. Возможно, где-то на Шестёркина давила ответственность. Всё-таки матч плей-офф и матчи в группе — это две большие разницы. Но я считаю, что этот опыт поможет ему в будущем.

— Почему Василий Кошечкин ездил из раздевалки ко льду на тележке, а Игорь Шестёркин добирался пешком?

— Там было далеко идти. Василий сам попросил, чтобы ему помогли разрешить ситуацию. В его амуниции было тяжело проходить такое расстояние. Он сам весит 100 с лишним кг, форма мокрая после двух периодов. Поэтому мы думали, как облегчить Кошечкину путь. Со стороны это может выглядеть забавно, но так делали и канадцы на некоторых турнирах. А Шестёркин намного легче и моложе. Весит он гораздо меньше. Поэтому ему было легче это перенести. Игорь не просил об этом, поэтому шел сам.

— Вы уверены в будущем этих вратарей?


— Да, перспективы у них очень хорошие. Жаль, что Сорокин не получил практику в Дании, но у него всё впереди. Настораживает другое: кто придет за ними?

— Иван Бочаров и Алексей Красиков штаб не устраивают?

— Они есть, но их нужно наигрывать. Как и Гарипова, который сейчас выиграл Кубок Гагарина с «Ак Барсом». Нужна практика, и для нее есть этапы Евротура. Как бы их ни ругали, но это важные соревнования для того, чтобы дать молодым ребятам почувствовать уровень сборной, приобрести международный опыт.

— С уходом Микко Коскинена из СКА клуб будет делать ставку на Игоря Шестёркина как первого номера? Или всё-таки попробуете найти равноценного легионера?

— Конечно, вратаря мы будем искать, но сейчас на Игоря можно спокойно делать ставку. Просто нужна конкуренция. Вообще много говорят, что мы задвигали Шестёркина за спину Коскинена. Но Игорь в прошлом сезоне отыграл 40 матчей. В прошедшем розыгрыше КХЛ он меньше выходил на лед, но только из-за травмы. Да, в плей-офф ставку мы сделали на Микко. Но на этой стадии был необходим опыт, поэтому мы приняли такое решение.

— Кто должен стать конкурентом Игоря Шестёркина? Легионер или молодой россиянин?


— Поиск ведётся, но ответить на ваш вопрос я пока не могу. Точно знаю, что конкурент Игорю нужен. Причем такой, чтобы он воспринимал его как конкурента после Коскинена. Только тогда будет дальнейший прогресс.

— Он не собирается уезжать в НХЛ?

— В СКА у него еще год контракта. Насколько я знаю, после этого он хочет уехать. Мы с клубом обсуждали вопрос, как попытаться его удержать. Нам было бы это интересно. Но я не знаю, удастся ли. И правильно ли вообще так делать. Всегда есть момент, когда вратарям надо уезжать и развиваться. Притом что в прошлом сезоне, когда Игорь начал часто появляться в составе СКА, к нему сразу усилилось внимание со стороны «Нью-Йорк Рейнджерс». В нынешнем сезоне ему также звонили оттуда. Так что интерес из НХЛ к Шестёркину есть. При этом у Лунквиста еще два года контракта с «Рейнджерс». Поэтому Игорю надо подумать, стоит ли ему уезжать уже в следующем году или лучше будет ещё сезон поиграть в СКА. Моя задача — сделать так, чтобы он и приносил пользу клубу со сборной, и к уровню НХЛ был морально готов. Технически он уже готов. Но в моральном плане есть проблемы с игрой под жестким прессингом — в матче с Канадой было видно, что в некоторых моментах Игорь испытывал дискомфорт. Так что тут работы — непочатый край.

— В Дании чувствовался другой уровень ваших вратарей по сравнению с Сергеем Бобровским и Андреем Василевским?

— Конечно. Я работал на четырех чемпионатах мира и одном Кубке мира — везде у нас были вратари из НХЛ. Видно, что уровень отличается. Возможно, наши полевые игроки чувствовали бы себя в Дании уверенней при наличии за спиной вратарей из НХЛ. Но я всё равно считаю, что Кошечкин и Шестёркин справились со своими задачами. И не могу кинуть камень в их огород. Если сравнивать нынешний чемпионат мира и предыдущие, то мы самым слабым составом попали против самых сильных у Швеции и Канады. Да, команда у России была боевитая, все игроки отдавались полностью, но не хватило лидеров из НХЛ, которые могли бы в нужные моменты решить эпизод. Поэтому мы спокойно воспринимали все трудности. Когда мы с Олегом Валерьевичем пришли в сборную в 2014 году, это тоже произошло незадолго до чемпионата мира. Но тогда у нас был месяц на подготовку к ЧМ в Минске. А сейчас все собрались только за две недели до начала турнира. Поэтому не до конца успели притереться в игровом плане. Был цейтнот, но нам удалось создать управляемый и боеспособный коллектив, который не проиграл Канаде по всем статьям. Поборолся, перевел игру в овертайм, но проиграл в результате удаления, которого не было. Не дают за такие вещи штрафы в овертайме. Это и обидно. Если бы проиграли Канаде вчистую, возможно, спокойней бы воспринимали ситуацию. А так в голове сидит, что уступили в каких-то совсем маленьких деталях.

— Если бы Сергей Бобровский не был травмирован, его бы вызвали в сборную?

— Мы рассматривали вариант с приглашением Бобровского, но не хотели дергать его, пока «Коламбус» играл в Кубке Стэнли. А уже потом он честно сказал, что из-за травмы не сможет играть. И мы понимали, что в таком состоянии неправильно было бы пытаться его призывать.

— Рассматривали вариант с вызовом Антона Худобина после вылета «Бостона» из Кубка Стэнли?

— Нет. В своё время мы вызывали Худобина, но тогда у нас была проблема с бэкапами (запасной вратарь, второй номер. — «Известия»). Сейчас ее нет. Раньше мы понимали, на какую роль вызывали Антона, поэтому он не сыграл ни одного матча. Теперь необходимости в этом нет.

— Когда Олега Знарка и Харийса Витолиньша спрашивали по поводу вратарей, они часто советовали обращаться к вам. Илья Воробьёв заявил, что решение по голкиперу на матч с Канадой принималось коллективно. Ваши полномочия изменились после смены главного тренера?

— Не то чтобы изменились… Хороший вопрос. Честно говоря, вы поставили меня в тупик. Полномочий у меня не стало больше или меньше. Просто отношения в тренерском штабе изменились. В той же ситуации с Канадой, обсуждение было, но в нашем штабе все настолько единодушно высказались за Шестёркина, что даже не надо выделять, чье это решение — Ильи Петровича или моё. Не было никаких дебатов — всё очень быстро встало на свои места. Я даже удивился. Когда готовился к совещанию в тренерском штабе по составу на матч с Канадой, был уверен, что кто-то из коллег выскажется против выхода Игоря на лед.

— Олег Знарок и Харийс Витолиньш часто спорили с вами по вратарским вопросам?

— Обсуждения были всегда. Но не забывайте, что с Олегом и Харийсом мы проработали вместе 10 лет. Уже знали друг друга, понимали, от кого что ждать. Сейчас идет притирка с новым штабом. Мы только собрались в этом составе — взаимоотношения еще формируются. Когда мы начинали работу со Знарком в ХК МВД, тоже не всё было гладко. Даже сложнее, чем сейчас. Просто об этом уже мало кто вспоминает по прошествии лет. Первый совместный год у нас выдался очень тяжелым. Как и следующие два. Окончательно притерлись в 2012 году, когда взяли первый Кубок Гагарина с «Динамо». После этого Знарок и Витолиньш часто отдавали вратарский вопрос полностью на откуп мне.

— Вы долгие годы воспринимались как человек Олега Знарка. Но сейчас вы остаетесь в СКА?

— Да, контракт пока не подписан, но предложение есть. Формируется новый интересный тренерский штаб, в котором есть желание поработать. Об этом никто не знает, но я после Олимпиады сказал, что хочу уйти на более спокойный режим. Потому что был выжат как лимон. Но сейчас произошли изменения в клубе и сборной, и у меня появился интерес. Интерес понять, что у нас получится в новом составе. Верю, что удастся преуспеть и в клубе, и в сборной. Это для меня новый вызов.

— Вы общались с Олегом Знарком после его ухода? У него нет обиды на вас, что не ушли с ним?

— Во время чемпионата мира мы не разговаривали — было много работы. Но сейчас, конечно, пообщаемся. Обида — субъективный момент. Всех куда-то приглашают. Того же Харийса зовут отдельно на самостоятельную работу. Всегда приходит конец любым союзам. И мы внутри своего штаба в СКА во время плей-офф обсуждали, что, возможно, время нашего коллектива подходит к концу. Поэтому какие могут быть обиды? Мы взрослые люди. Был долгий и отличный период совместной работы, но рано или поздно каждому необходимо идти своим путем.

— Когда вы в последний раз разговаривали с ними?

— С Олегом мы не разговаривали после окончания сезона у СКА. С Харийсом общались несколько дней назад — обсуждали рабочие моменты, дальнейшие планы.

Источник: iz.ru
+30
Внимание! Комментарии отображаются только для зарегистрированных пользователей.