04 июня, 20:10 ФК Спартак 11

Как работает футбольный агент: деньги, дети, коррупция / Зимой «Спартак» интересовался Смольниковым и Черновым

Головин поговорил с человеком, который ведет дела Смольникова и Аленичева.

Александр Маньяков – руководитель Follow Me Sports Agency. Его агентство занимает первое место в России по количеству клиентов среди футболистов – 98 игроков из 57 клубов. Он открыл компанию в 2005 году и за 13 лет накопил базу из футболистов восьми сборных. 

Александр Головин встретился с Маньяковым, чтобы понять, как на самом деле устроен агентский бизнес. 


Кем работал Маньяков до того, как стал агентом

– Я закончили футбольную школу «Локомотива» в 1993 году. После этого играл в молодежке «Спартака», существовала такая команда под дублем. В ней пересекался с людьми, которые потом стали известными – Гунько, Мелешиным, Джубановым. До сих пор общаюсь с ними, как и с Титовым. Но его в молодежке не было – из академии сразу перевели в дубль, потому что смотрелся круче всех. Когда я еще бегал за «Локомотив», меня персонально ставили против Егора, хотя шансов не было – возил прилично.

– Кто еще выделялся по детству?
– Запомнил Шевченко. Видел его в финальной части чемпионата СССР в 1991-м. Туда попали «Спартак», «Локомотив», «Динамо» Киев. Помню, что нас поселили в интернате для умственно отсталых в Ступино. Жили в одном крыле, «Спартак» – в другом.

– А пациенты?
– Их из интерната убрали. И вот мы с «Локомотивом» тогда вышли против Киева на групповом этапе. Проиграли 1:4, Шева забил два. Очень он бросился в глаза. Не опережал всех по физическому развитию, но смотрелся отлично. Кстати, на воротах тогда вроде бы стоял Шовковский, а за нас выступали Рома Шаронов и Евсеев. Вадик вообще мой кум. Я крестный его дочери Полины, он – моей старшей Даши. А жена Вадика Татьяна – крестная средней дочери Ани.


– Евсеев себя так также дерзко, как сейчас?
– Хулиганом не был – такой тихий троечник. Шалил иногда. Как-то ехали на сборы под Тулу – для команды выделили целый вагон в электричке. Поезд на станциях останавливался, но двери у нас не открывались. И как трогались – на перроне сразу поднимался какой-то кипеж, люди орали. Вадик тогда сидел с Димой Разделкиным (до недавнего времени – начальник мини-футбольной команды «Мытищи» – Sports.ru) у самого выхода и ржал. Спрашиваю: «Чего ржете?» – «Ничего». И по новой. Тренер потом подошел: «Хорош». Оказалось, что они доставали помидоры и яйца, которые мамы дали с собой в дорогу. Поезд начинал движение – кидались ими в прохожих.

– После школы вы могли попасть в профессиональную команду?
– Я был там – в Мытищах. Как раз выпустился из школы «Локомотива», попал в «Торпедо МКБ». Оно шло в лидерах третьей лиги. Я считался самым молодым, местным, поэтому хотели оставить. Но сглупил. Сначала же только тренировался, контракт не предлагали. Сыграли амбиции. Думал, что в порядке, и пошел в дубль «Локомотива». Неделю побегал, сказали: «Спасибо, не надо». Обратно в Мытищи не поехал – совесть не позволила. Ходил без команды и учился в педагогическом институте со спартачами – Гунько, Джубановым. Они предложили: «Давай к нам». Предупредили тренера – Анатолия Федосеевича Королева. Он очень классный специалист, воспитал много молодежи, а меня помнил по играм за «Локо».

Маньяков с Дмитрием Гунько

Приезжаю в манеж – квадратики. У меня голова закружилась, я из квадрата не выходил. Первые полгода очень тяжело приходилось. Выступали на КФК, много международных турниров, но меня не брали – в состав не проходил. Я в футбол плохо играл, не дано просто. Плюс с окраины Мытищ, улица, конец 90-х. Это тоже немного подкосило карьеру.

– Как?
– Чуть не посадили за кражу.

– Реально что-то украли?
– Конечно. Но подробности вспоминать не хочу. А вообще из двора многие пошли в криминал. Половины уже в живых нет – наркотики, убийства. Громких случаев не помню, но мелкие разборки постоянно происходили. С кем-то подрались на дискотеке, завтра встречаемся. Их нет, приехал кто-то другой, блеет. Раз его в машину – отвезли в лес, пистолет приставили. Не выдал. Дали пять за стойкость, сказали: «Передай, что их ищем».

– Из «Спартака» за кражу выгнали?
– Тогда уже числился в «Роде». «Спартак» отдал в такую московскую команду. Ее спонсировал Олег Сиенко – до недавнего времени директор «Уралвагонзавода». Он и играл за нее. А я на недельку отлучился в камеру из-за той кражи. Когда вышел, мне сказали: «Давай без дискредитации». Побегал еще немного и пошел в мини-футбол. Выходил против Еременко. Он борзоватый был на поле. Но в игре против него и «Дины» голова кружилась. Еще запомнил Григория Иванова – он сам играл тогда. Эмоциональный, хотя быстро отходил.
Провел в мини три месяца. Еще во время случая с камерой адвокат сказал интересную вещь: «Ты же не глупый парень. Понимаешь, что деньги нужно другим зарабатывать. Лучше учись – голова-то светлая, речь нормальная, правильно себя позиционируешь». Тренер «Роды» Володя Апачинский говорил похожее. Он владел бизнесом, связанным с автомобилями. Спрашивал: «Нахера ты прешься во все это? Можно ведь тоже в бизнес». В меня это запало. Исповедался, причастился, стал ходить в церковь. И понял, что криминал – не мое. Для него надо иметь определенный склад характера, образ мыслей. Не бояться. А я сомневающийся.

Как Маньяков стал агентом


– Что случилось после футбола?
– Товарищ, Олег Малежик, он тоже мытищинский, в 1997 году позвал на второе высшее: «Есть юридический факультет МГЮА. Пойдем?». Я согласился, хотя еще учился в первом институте.
Олег рано начал работать в банках. А как закончил академию – открыл инвестиционную компанию. Она занималась посредничеством при сделках с векселями. Пригласил меня. Смысл какой – есть, например, Московская железная дорога и какой-нибудь перевозчик. Денег у дороги заплатить за перевозку нет. Поэтому они выписывают тебе вексель. При этом ты завышаешь стоимость работ. Работа стоит два миллиона, пишешь пять. При продаже векселя третьему лицу делаешь скидку – отдаешь всего за два. И люди покупают, потому что потом могут требовать с дороги сумму в три миллиона. Или сопоставимую услугу.

– Вы чем именно занимались?
– Сводил людей. Тебе нужен вексель энергетической компании, а я знаю, кто его продает, потому что все время на телефоне, узнаю информацию. Короче, выступал посредником, мне за это платила какая-то из сторон. Первая сделка произошла уже через две недели. Хотя до этого существовал выбор – идти в компанию или охранником на стоянку, которую открыли рядом с домом. Выбрал все-таки центр Москвы.
Дальше это перетекло в нефтехимический бизнес. Он до сих пор у меня есть – занимаюсь растворителями и лакокрасочными материалами, продаю их. В 2004-м по этой работе на год уехал в Дзержинск. Там до сих пор функционирует фирма «Поликом», которая производит тосол, растворители. Я познакомился с ее хозяевами. А их приятель сел на восемь лет с конфискацией имущества. У него остался 14-летний сын-футболист. Они говорят: «Забери его в Москву –  у нас пропадет». Я забрал, устроил в «Локомотив», он даже попал в юношескую сборную. А я сдружился там ребятами. В том числе со Смольниковым.

– Каким образом? Вы – взрослый, они – дети.
– Да просто общались. Как вот есть родители, которые постоянно сопровождают команду. Мне это было интересно, времени много. Постоянно ошивался на «Локомотиве», все знали. В том числе тренер сборной 1988 года Николай Смирнов. Он познакомил с людьми из юридического отдела РФС, рассказал, как работают агенты. Я получил лицензию, подписал договоры с пацанами. Тренеры сказали: «Давай, Сань. У тебя с детьми нормально получается. Ты не кинешь». Так и закрутилось.

– Не очень понимаю. В школе играют 16-летние парни, тут к ним подходит мужик и просит подписать контракт. Тот же Смольников сразу согласился?
– Даже вопросов не задавал. Он знал меня полгода, был близким другом. Как младший брат. Я деньги давал, мы кушали в ресторанах.

– Он ваш первый клиент?
– Первый все-таки тот, у которого папу посадили. Футболистом не стал, сейчас живет в Краснодаре и работает там юристом. Батю к себе перевез. А Игорь – первый из тех, кто дошел до такого уровня. Хотя в дубль к Билялетдинову не попал – почти весь выпускной год проболел. Маленький был, а потом как начал расти. Мышцы не успевали за ростом костей. Из-за этого случались травмы. Но Волчек взял его в «Торпедо». Игорь приехал в дубль на 300 долларов в месяц.


– Вы с трансфера заработали?
– Да какое там. Первые деньги мы с Малежиком – он тоже получил лицензию – получили за иностранца. В «Ростове» играл такой камерунец Бертран Нгапуну, но его оттуда попросили. Сидел без команды. Нам кто-то посоветовал, сказал, что человек в поиске: «Поможете?». Мы стали предлагать его разным клубам и удалось пристроить в «Анжи». Дмитрий Галямин заплатил на двоих пять тысяч долларов. Это случилось в августе 2005 года. Лицензию с Малежиком получили в апреле.

– Налоги не платили?
– Конечно. Тем более следующие полтора года вообще ничего не было. Мы без связей, подписывали молодежь, прихода никакого. Помню, как встретились вечером в ТЦ «Формат» на Ярославке. Олег говорит: «###, Сань, п####ц, з#####о»  – «Сейчас трансферное окно. Если ничего не зарабатываем – завязываем». И заработали. Нам порекомендовали парня из Питера. Звали Егор Квач – просто талантище. Продали его в «Сатурн», получили 20 тысяч долларов (в 2013-м Квач закончил профессиональную карьеру, в тот сезон он провел два матча в ФК «Питер» из ПФЛ – Sports.ru).
А первые крупные деньги пришли благодаря Юрию Газзаеву. Он сказал: «Привезите мне в «КАМАЗ» иностранца. Летом 2006-го мы организовали переходы четверых балканцев – Петровича, Грубештича, Тодоровича и Зебы. Получили нормальную капусточку – я купил на нее Toyota RAV4. И понял, что этим можно серьезно заниматься.

– Трансфер вашего клиента с самой большой комиссией?
– Игорь Смольников при переходе из «Краснодара» в «Зенит». И Эмин Махмудов из «Сатурна» в «Спартак».

– В обоих случаях комиссия больше 500 тысяч евро?
– Да.


Почему агенты – это хорошо

– Когда пришли в бизнес, опытные агенты не прессовали?
– По минимуму. Существовал и без того огромный кусок футбольного пирога. Его кусали не как сейчас – сто агентов, а несколько человек – Олег Артемов, Павел Андреев, Алексей Сафонов, Арсен Минасов, Олег Еремин. Те ребята, которые получили лицензии перед нами. Им хватало людей, что играли в премьер-лиги. И тут мы – без особых связей. Решили, что конкурировать с монстрами сложно и стали подписывать перспективных и молодых. На них тогда никто не обращал внимания. А мы наладили отношения с тренерами юношеских сборных. Выпускался 1988 год – наизусть знали всех пацанов до 1992-го.

– Возьмем выпускной год любой топовой московской академии – все игроки из него сейчас на контрактах с агентами?
– Да. Может, не на контрактах, но у всех есть агенты. Наш самый молодой клиент – 2003 года рождения. А вообще мониторить ребят начинают с 12-летнего возраста. Договариваются с ними, родителями. С их согласия подписывать договор можно в 14 лет. Хотя не факт, что человек станет профессионалом. И деньги он не приносит – сначала вкладываемся мы.
Я не считаю себя топовым агентом, но даже у меня сейчас есть пять человек, который ездят на детские турниры, просматривают мальчишек, разговаривают с ними. У Андреева, Артемова, Ткаченко – то же самое.

– Как все происходит технологически? Агент приезжает на турнир, видит классного парня – подходит к родителям и предлагает услуги?
– Так и есть. Общается, объясняет, что и как. Если в команде уже есть наш клиент, работает сарафанное радио – родители сговорчивее. Первый раз – идет холодный разговор.
Мы в основном ездим на финальные стадии чемпионатов и кубков России. Плюс первенство Москвы, оно считается самым сильным соревнованием в стране. Еще приходит информация от людей, которые дружат с агентством.

– Есть мнение, что на детском уровне в России полно талантов уровня Месси, но о них никто не знает. Это же не правда?
– Конечно. Если какой-то мальчишка появился, начал ярко себя проявлять – за ним сразу выстраивается очередь из трех-четырех клубов. И неважно, из какого он региона. У крупных агентств и академий связи во многих местах, целые отделы работают над комплектованием.


– Зачем тогда человеку в 14 лет агент, если и без него за ним будет очередь из клубов?
– Даже в таком возрасте рядом должен находиться человек, который в этом деле разбирается. Родители часто себя обманывают. Считают, что могут устроить жизнь сына, на самом деле вредят. Плюс карьера футболиста – тонкая вещь. Случилось какое-то несчастье, как я тогда попал в ситуацию с камерой. Тебе в этом случае дают адвоката от государства, на платного у семьи денег нет. И конец. Другое дело, когда ты звонишь агенту, и он нанимает качественного юриста, которого хорошо знает.
Простой пример. В одной из московских академий у меня есть парень 2001 года. Суперталант. Он получил травму. Клуб говорит: «Саня, мы не можем его оперировать, потому что он не на контракте. Шанс на восстановление – 50%. Давай так: расходы за операцию делим пополам, перелет, восстановление и все остальное – с тебя. Восстановится – мы его подпишем, все компенсируем».

– Сколько вы заплатили?
– Операция в итальянской «Вилла Стюарт» стоила 10 тысяч евро. Пятерку я отдал. Билеты ему, маме, себе – по тысяче. Восстановление – еще 40 тысяч рублей, 70. Я понимаю, что подписал с ним контракт, значит несу ответственность. Понимаю и клуб. У них было несколько случаев, когда подписали ребят без углубленного обследования, а у тех вылезали травмы. Понятно, что они перестраховываются. Мой парень, кстати, сейчас начинает работать в общей группе.

– То есть клубам агенты детей даже выгодны?
– Все равно их боятся. Есть же разные люди – один развивает карьеру футболиста, с этого получает дивиденды. Другой преследует только свои цели – знает о выгодном варианте для игрока, но невыгодном для себя и умалчивает.
У меня с клубом пацана просто хорошие отношения. Они знают, что игрока я дергать не стану: «Эй, тебя здесь не ценят, поехали в «Зенит». Переходы в детском футболе не имеют смысла. Если это повышение из «Мытищ» в цска – да. Но бегать из «Спартака» в «Динамо» и обратно – зачем? Мы никогда не выступаем инициаторами этого. Наоборот год назад я как ненормальный стучался в «Локомотив». Они не давали контракт Роме Тугареву – самому талантливому человеку в молодежке. Корнеев только ушел, Панченко еще не пришел – до школы всем параллельно. Парня легко можно было увести куда угодно. Но я сам просил: «Заключите договор».

Сколько зарабатывают агенты

– Я молодой агент, который подписывает детей. С них ничего не имею. Откуда брать деньги?
– С фиксированной зарплаты. В моем агентстве так. Мы платим 20 тысяч рублей. Это система мотивации. Маленькие деньги – чисто на телефон и проезд. Остальное зарыто в процентах, футболистах. Хотите зарабатывать – работайте с хорошими футболистами. Дальше все зависит от человека. Появляются более серьезные клиенты – зарабатываешь уже с них.

– Клиент вашего агентства Марат Быстров получает 140 тысяч рублей в месяц. Это уровень топ-4 ФНЛ. Даже если 10 Быстровых платят мне по 10%. Это те же 140 тысяч.
– Ты проживешь на них?

– Да, но это немного.
– Так работай дальше. Агентский бизнес – не быстрые деньги. Тебе всегда будет хватать на жизнь за счет того, что собираешь с футболистов. Но основные деньги – комиссия от перехода игрока из клуба в клуб. Взять Олега Шигаева – он молодой агент, получает хорошие деньги для своего возраста. Но сейчас сможет заработать намного больше за счет двух трансферов – Быстрова из «Тамбова» в Казахстан. И Комолова из «Амкара» – по нему есть три предложения.

Павел Комолов

– Ваш основной доход – это комиссии или выплаты с контрактов?
– Сейчас второе. Очень мало трансферов происходит, агентам платят немного. Из-за кризиса рынок дохлый. Раньше молодых покупали, а сейчас даже в премьер-лиге они переходят свободными агентами.

– Плюс ваш главный клиент давно сидит в «Зените».
– Наши отношения с Игорем отличаются от всех. По финансам они более мягкие. Очень далеки от 10%. Все-таки я крестный его сына, он крестный моего. Мы как братья.

– В регламенте РФС по деятельности агентов нет информации по их гонорарам. Написано только про категорию D – не более 10% от оклада. Остальные могут получать любую сумму?
– Да, как договоришься. Хоть 20%, хоть половину забирай. При трансферах – то же самое. Комиссия от клуба никак не привязана к стоимости игрока.

– На днях РФПЛ объявила о выплате клубов агентам за 2017 год. «Краснодар» заплатил 17 тысяч рублей. Такое бывает?
– Вполне. Деталей не знаю, но обычно комиссию агента закладывают в деньги футболиста. В подъемные. Или зарплату больше делают. Игрок об этом знает – часть отдает.

– Почему не перевести официально?
– Из-за нового регламента. По нему деньги от клубов могу получать только лицензированные посредники. Лицензия Pro стоит 10 миллионов рублей, каждый следующий год – еще 3,5 миллиона. Большинство агентов считают бессмысленным платить столько. Поэтому работают без лицензии, а комиссию получают через футболистов.

– Смысл в таких правилах?
– Монополизация рынка. Один топовый агент это пролоббировал, только система не работает. В РФС нет механизма, чтобы отслеживать сделки, наказывать клубы. Там сами знают, что почти все правила обходят. Лицензия посредника есть только у четырех людей – Паши Андреева, Юры Зайцева, Вадика Шпинева и еще одного человека – он новый, зимой получил.

– Получается, список выплат агентам – это выплаты всего четырем людям?
– Да. Даже иностранцы не имеют права получить деньги от русского клуба без аккредитации. Они должны заплатить 10 миллионов РФС. Или договориться с русским официальным посредником, чтобы на него перевели деньги. А тот еще заберет свой процент.

– Как определяется сумма комиссии?
– Все диктует рынок. Если есть игрок, который нужен только одному клубу, понятно, что ничего с него не получишь. Лишь бы пристроить. Если претендентов больше одного – можно разговаривать. Тут уже как договоришься с руководством.

– Махмудов, переход в «Спартак» и больше полумиллиона евро комиссии. Это адекватная сделка?
– В пределах рынка.

– За Махмудова?!
– На тот момент самого талантливого футболиста России. Он ярко дебютировал в «Сатурне» в 18 лет. Провел фантастический сезон. Плюс с этих денег мы отдали Эмину серьезную часть. Могли не отдавать, но посчитали правильным так сделать.


– Сейчас Махмудов в «Нефтчи». Представим, что переходит в аутсайдер РФПЛ. Ваша комиссия?
– Зависит от отношений с тренерами, руководителями. Я занимаюсь делами Титова и Аленичева. Скажут: «Сань, ничего не платим, он нам нужен в «Енисее». Отдам бесплатно, это некая работа на перспективу. Если другой клуб, то 50 тысяч евро. Максимум – 100.

– 300 тысяч – нет? Или как «Мордовия», которая вылетала и платила по 400?
– Те времена давно ушли. Сейчас в футболе реально нет денег.

– Еще один случай. Смольникова берет «Спартак».
– Зимой такой разговор ходил. Тогда Игорь немного подвис в «Зените», Манчини был не удовлетворен им. И мы рассматривали вариант с «Краснодаром» и «Спартаком». Я спрашивал: «Если в Питере что-то пойдет не так, вам интересен Игорь?». В «Спартаке» ответили: «Давай, выходи на нас, будем думать».

– Сейчас он нужен «Зениту», но, например, «Спартак» его тоже очень хочет. Попросите комиссию в миллион?
– Тут нет адекватной оценки. Если изнутри знаем, что на Ещенко не рассчитывают, Андрей резко сдал, позиция голая, то можно просить миллион, учитывая, что «Спартак» богатый клуб. Но если Ещенко в порядке, а Смольникова берут в конкуренцию, то перегнешь палку – «Спартак» откажется. Этим навредим игроку.
Игорь уже мог перейти в «Спартак», но давно – после «Торпедо». Тогда пришло пять предложений – «Москва», «Сатурн», «Локомотив», цска и «Спартак». Но он очень любил «Локо», воспитанник. Сказал, что хочет вернуться в родной клуб.

Агенты и правда пилят? 

– «Саш, нам нужен защитник из Африки. Привези какого-нибудь негра. 400 тысяч на это есть, по 200 с тобой поделим». Как часто поступают такие предложения?
– Сейчас такого нет. Абсолютно нет.

– «Динамо» так Рауша покупало. Пришел за 1,5 миллиона евро, из клуба ушли дополнительные 1,25 миллиона, перечислили на фирму, которая зарегистрирована по адресу гендиректора.
– Посмотрим по-другому. Рауш играет в «Кельне», у него есть предложения из условного «Ганновера» и «Динамо». «Динамо» говорит агенту: «Я заплачу тебе хорошую комиссию, а футболисту дам зарплату больше. Давай его к нам». Агент объясняет все игроку. Тот отвечает: «Да, я уже не молодой, поеду в Россию». Агент приезжает в клуб: «Давайте мою комиссию в подъемные включим?» – «Не, мы так не можем». Или сам футболист говорит: «Не хочу этих денег касаться, лучше ты сам как-то получи их». Как их получить? Регистрируется фирма, платится взнос в РФС за лицензию, заключается контракт, «Динамо» переводит деньги. То, что контора зарегистрирована по адресу гендиректора – не преступление.


– То есть не факт, что гендиректору откатили?
– Не знаю. Но точно скажу, что под эту сделку человек, который занимался трансфером, (Дмитрий Студеникин – Sports.ru) получил лицензию РФС. Стал четвертым аккредитованным посредником в стране.

– Другой трансфер в «Динамо» – Тетте из «Леха». Там были странные технические требования: рост – не меньше 173 сантиметров, возраст – 25-29 лет. Игроки реально ищутся по таким параметрам?
Загрузка...
– Как такового техзадания нет. Все проще. Я руководитель клуба, ты агент. Говорю: «Нужен левый защитник» – «Какой именно?» – «Чтобы ростом не ниже 170 – не хотим лилипутов. Быстренький, с хорошей левой» – «Окей». И ты начинаешь предлагать варианты. Меня кто-то заинтересовал. Ты торгуешься: «Хочу миллион за него» – «Чего? Могу 100 дать» – «500» – «Нет, 200» – «300» – «По рукам». После сделки я оформляю акт выполненных работ. Мне в нем что-то надо написать. Поэтому и пишу, что из клуба поступила заявка на игрока с такими-то параметрами и игровыми кондициями.

– Короче, сейчас коррупции среди агентов нет?
– Да и раньше не знаю, для чего существовала.

– Как для чего? Есть бюджетные деньги в каком-нибудь «Амкаре». В наглую я не могу их вывести, использую для этого агента, которому заплачу, а он откатит.
– Из бюджетных денег агентам уже нельзя платить. Только из внебюджетных – спонсорских. Ими можно распоряжаться, как хочешь. Но часто у клубов их нет.

– Окей, плачу не напрямую агенту, а закладываю его комиссию и откат в подъемные игрока.
– Ты талантливый мошенник.

– Почему этим не пользуются?
– Много народу начинает знать. Если агент и руководитель договорились, то замяли сразу. А футболист может взболтнуть. Тут уже уголовная ответственность.

– В России она часто не наступает. Много о чем знают, но никого не посадили.
– Раньше тоже говорили, что организация ОПГ – недоказуемая статья. Только несколько человек уже сидят.

– Потому что нужно. Агенты не нужны.
– Пока. Люди не хотят рисковать.

– Давайте еще раз. Вам предлагали поучаствовать в коррупционной схеме?
– (Улыбается – Sports.ru).

– Было?
– Не скажу.

Как агенты ведут переговоры

– Как-то вы год работали спортивным директором «Арсенала».
– Очень сложно приходилось. Не было понимания с руководством. Это не работа, а существование.

– Что делать, если трансферный бюджет ноль?
– Приглашать свободных агентов. Плюс не платили комиссию, но могли дать чуть выше зарплату. Когда я только пришел, шло летнее окно. Аленичев дал список из восьми кандидатов. Из них перешли шесть. Не взяли только Гришу Чиркина – «Анжи» положил ему больше денег. И Абазова – он ушел в «Ростов».


Неплохо поработали зимой. Я летал к Самару к Яну Мухе. Убедил пойти на понижение зарплаты. Он перешел и выдал шедевральную концовку сезона. Летал к Хагушу в БАТЭ. А с Бечираем чуть-чуть не получилось. У Фатоса закончился контракт в Китае на 500 тысяч долларов в год. Я прилетел в Вену, где его Черногория играла с Австрией. Марьяна Кашчелан меня с ним познакомила, мы провели переговоры. Он назвал условия. Они оказались приемлемы – такие деньги в «Арсенале» получали три футболиста. Спокойно могли заплатить. Но агент попросил 50 тысяч евро. Руководство долго думало, платить их или нет. В итоге отказалось. Бечирай перешел в «Динамо» Минск, потом оказался в Москве.

– Сколько вы получали в «Арсенале»?
– Ноль.

– Как?
– Договорились, что из-за экономии средств работаю без зарплаты. Если кого-то продаем, 20% от суммы идут мне.

– В «Уфе» нет селекционной службы. Но я слышал, что скауты клубу вообще не нужны. Трансферы происходят по-другому. Например, Каррера хочет правого защитника, набирает Трабукки. Марко смотрит из своих или звонит знакомым агентам в разные страны и спрашивает защитника у них. И никаких скаутов. Все так работают?
– Зависит от клуба. В «Спартаке» – так, как ты сказал. В цска не так. Там футболист – это реально кандидатура скаутской службы. В «Краснодаре» работают скауты и агенты – и это правильно.
В идеале происходит так. Например, команда Eurosport знает, что Маньяков в курсе всего. Говорит: «Нужен игрок». В это время его ищут и скауты. Тут я узнаю, что Головина в Sports.ru выставили на трансфер, готовы продать. Звоню: «Слушайте, Саня Головин – хороший защитник, давайте его к вам» – «А почему он?» – «Он готов переходить». Eurosport идет к скаутам. Они предлагают свою кандидатуру или говорят: «О, Головин – супер!». И вступают в переговоры.
Надо понимать, что объять все скаутской службой нереально. Я – агент Жени Чернова. Допустим, узнаю, что в «Зените» у него зашаталась позиция. Малафеев мне звонит и говорит: «Саш, расстаемся». Я тут же включаюсь и начинаю предлагать его руководителям других клубов. Те спускают кандидатуру своим людям, принимают решение и дают ответ. Это несколько дней. При этом скаутская служба условного лондонского «Арсенала» об этом знать не знает. Потому что о ситуации игрока в клубе в курсе только агент.


– Почему «Спартак» чаще покупает через агентов?
– Вопрос к ним. Значит так удобно. Хотя скауты у них тоже есть. И они предлагают хорошие кандидатуры. В «Байере» сейчас играет ямаец Леон Бейли. Его хотят купить в Англии. А когда он еще играл в Бельгии, его вел «Спартак». Мог стать вторым Промесом. Не взяли, а человек скоро будет в топ-клубе. И таких примеров много. Скауты клубам рекомендуют – те отказываются, а футболист потом становится топовым. Но есть и обратные случаи. Агент привез парня из хорошего чемпионата, а тот – никакой.

– цска с агентами вообще не общается?
– Ну нет, взаимосвязь есть. У меня контакт с главой селекционный службы Максимом Дюковым. Звоню: «Кто нужен?» – «Только россиянин и молодой». Я даю расклад. Максим ведь не может позвонить напрямую в «Зенит» и спросить: «А что у вас по Чернову?». Потому что ему ответят: «Знаешь, ничего». А через меня информацию реально узнать.

– Чаще вам звонят или вы предлагаете клиентов?
– Раньше мы. Сейчас двустороннее движение. Но если мой игрок ищет команду, то, конечно, я обзваниваю.

– Что самое сложное в переговорах?
– Договориться о комиссии. Переходы из-за этого пока не срывались. Но Галицкий как-то лично звонил: «Сань, я тебе ничего не дам». Его зацепило, что я чего-то требую. В итоге не выплатил, но такая работа.
Сергей Николаич в плане общения простой. Я вот постоянно предлагал Махмудова в «Краснодар», когда он играл в «Спартаке». Как-то еду на машине, звонит Хашиг: «Ну что там с твоим Эмином?» – «Жду от вас звонка». Он начинает конференц-связь с Галицким: «Саш, привет? Скажи твое мнение». Начинаю приводить доводы. «Понял, услышал тебя, перезвоню». Эмин оказался неинтересен, но суть в том, что Галицкий сразу включается. Он мог бы сказать Хашигу: «Вадим, поговори сам». А тут лично пообщался. Федун и Гинер вряд ли разговаривали бы с агентом.

– Вы несколько раз сказали про Чернова. Он талант? 
– Зимой им интересовались «Спартак» и «Краснодар». Сами попросили: «Озвучьте условия, на которых сможет перейти». Но Женька решил до лета остаться в «Тосно».

Помогают ли агенты футболистам

– Самая частая просьба клиентов?
– Занять денег. Как-то давал парню два миллиона рублей на машину. Зарплата у него была 900 тысяч, но он хотел за четыре миллиона. Два накопил, два занял. И купил X6.

– Футболисты повернуты на тачках?
– Сейчас меньше. Раньше разные истории случались. Одну мне рассказал Карпин. Он тренер «Спартака», конец сезона, все полузащитники ломаются. С основой тренировались дублеры, он их поставил. У одного парня в контракте была лесенка. Получает пять тысяч долларов, проводит пять матчей – доходит до 10, потом 12, 15, 20. Подходит: «Валерий Георгич, мне надо поднять зарплату» – «У тебя и так 12, куда больше?» – «Мне не хватает» – «Секунду. Ты где живешь?» – «На базе» – «Жена есть?» – «Нет» – «Дети?» – «Нет» – «Тебе 12 тысяч долларов не хватает?» – «Да. Я себе машину новую взял». Потом этот же футболист играл в другой команде и катался на машине за 40 тысяч долларов. При этом не имел квартиры.


– Самая необычная просьба?
– «Купи снюс, потому что у нас не продают». Привез. Желание клиента – закон.

– А если кокс?
– Нет. Это табу.

– Проституток просили подвезти?
– Ни разу. Сейчас поколение игроков более профессиональное. Раньше могли всем составом в клуб забуриться. Сейчас поодиночке, чтобы никто не заметил. Хотя остались и те, кто получает зарплату и прогуливает ее с друзьями. Играет в региональном клубе, сам воспитанник московской академии. Тур заканчивается, едет на выходные в Москву – рестораны, подружки. Через два дня возвращается обратно – полмиллиона нет. Это уровень премьер-лиги.

– Про телочек. Я слышал, что среди футболистов ходит список девочек из шоу-бизнеса, которых можно снять за деньги.
– Такое есть, мне говорили. Фамилий не видел, но один футболист рассказал: «Представляешь? Даже такое бывает». Платишь бабки и какую-нибудь девочку из телевизора можешь привезти.

– Игрок с большим потенциалом, который не раскрылся из-за гулянок?
– В «Локо»-88 играл Миша Светозаров – крайне одаренный (последние три сезона играет за «Океан» из Керчи в чемпионате Крыма – Sports.ru). Виталик Мараховский – очень хороший (прошлый сезон играл в «Белшине» из Бобруйска – Sports.ru). Но в юном возрасте пошли сигаретки, подружки. Один парень всегда придерживался АУЕ. Молодой, играл в Подмосковье в ПФЛ. Года два назад в драке пырнул человека и сел.
Полно тех, кто на игровых автоматах погорел. Недавно встретились с Арсеном Минасовым, он рассказал историю игрока. Когда Арсен его подписал, тот был талантище. Просто топ. Его «Спартак» для дубля выкупал из другой команды. За молодого платил деньги! Он поиграл в молодежке, потом все хуже и хуже. Арсен увез из России – в одну страну, другую. В итоге закончил. Сейчас звонит Минасову: «Дай мне денег». Плотно сидит на ставках.
Другой клиент – мой. Подавал надежды, входил в сборную 1995 года. Но карьера не пошла, потому что е#####о. Завязал с футболом, жил в Екатеринбурге, пошел на почту. Выходит – менты тормозят. Вскрыли посылку – там кокаин. Сейчас под следствием как распространитель.

– С дикими увлечения сталкивались?
– Это Денис Бояринцев. Без акваланга ныряет под воду и охотится там. Вадик Евсеев его всегда травил: «Че ты, лужу увидишь, нырнешь и там копошишься?». Хотя тут не до смеха – это опасно, много смертей. Кислород на исходе, а если зацепился за что-то? Сразу паника начинается.

– Суперначитанный футболист?
– Игорь Смольников. Английский самостоятельно выучил, занимался с репетитором по скайпу. Говорит свободно. Ездил на операцию в Лондон, общался с врачами, все термины знает. Причем учил для себя, хотя была и идея в Европу уехать.
Женька Башкиров – это что-то. Театр, кино, книги, музыка. Как-то сидели, три часа про это все болтали. Рассказывал про питерский театр, где спектакли идут по 6-7 часов. Люди в течение постановки едят. Один раз я болел, смотрел фильмы. Он пишет: «Выживший» с Ди Каприо – обязателен к просмотру» – «Женька, уже посмотрел». Книги набрасывает периодически: «Это прочитай, это». Причем советует неизвестных авторов. Курцио Малапарте. Ромен Гари.

Евгений Башкиров

– Про договорняки клиенты рассказывают?
– Не обсуждаем. Табу для меня. Я в этом не участвую.

– Вашего клиента вратаря Скорнякова Чугайнов обвинил в сдаче матча.
– Я прекрасно знаю Леху, его семью. Это несчастный случай.

– Два гола сквозь руки – случай?
– Он на это неспособен.

– Зачем после этого вы взяли его в «Арсенал»?
– Не я. Тогда на просмотр приехали два вратаря – он и Ревякин. Саша Филимонов близко дружит с агентами Ревякина. Но просмотрел обоих и выбрал Леху.

– Вам угрожают из-за работы?
– Бывает. Звонят бывшие клиенты, с которыми не очень хорошо расстались: «У меня есть друзья, они тебе наберут». Последний случай – позвонил парень: «Мне сказали перейти в другой клуб, но без вас. Я принял решение, перехожу, спасибо». Мы обещали ему часть с агентских, когда он только переходил в текущую команду. И решили не отдавать. Если предал, то зачем? Он такой: «Вот, к вам приедут, будете иметь дело» – «Только ты предупреди людей, у нас тоже есть претензии к тебе. И расскажи, как ты поступил». В итоге никто не приехал.
У футболистов всегда есть право выбора. Я им говорю: «Если не хочешь со мной работать, скажи в глаза. Мы встретимся с твоим будущим агентом, все обсудим. Не надо только кидать, это озлобляет». Вот как сейчас в одном клубе говорят: «Или уходишь от агента, или не будешь у нас играть» – «Разрываю, хочу у вас». Игрок звонит и рассказывает нам про это. Отвечаю: «Мы с тебя не получили ни копейки, но на определенную сумму оказали услуги».

– Криминал вокруг агентов крутится?
– Да, до сих пор. Каждый агент принадлежит к какой-то общности людей.

– Вы к кому?
– Не хочу об этом говорить.

– Но существуют люди и над вами?
– Не над нами. Просто есть люди – мои друзья, которые помогают в этом бизнесе.

– Крышуют?
– Нельзя так сказать. Крыша – это когда ты занимаешься чаем, я прихожу и говорю: «Плати» – «Да пошел ты». И у тебя машина загорелась или буксанули где-то в подъезде. Пишешь в милицию – меня найти не могут. Тут понимаешь, что лучше платить. Потому что потом я тебя отмажу от других таких же. Но сейчас подобного нет.


– А что есть?
– Мне 42 года, я вырос на окраине Мытищ. Сам понимаешь – у меня имеются друзья из детства. Я могу к ним прийти и рассказать о моментах, которые сам не в состоянии решить. Но это друзья. Я не башляю им.

– Как живет агент, если друзей нет?
– Барахтается внизу – вторая лига, первая. До больших денег дойти сложно. Футболистов будут отжимать, потому что нет механизма, как их удержать. Из десяти пять останется. Когда есть друзья, останется семь.

– Как друзья могут воздействовать на футболиста, чтобы он остался?
– Так и могут.

– Поговорить?
– Да. Но обычно я сам разговариваю.

– Последний момент, когда пользовались связями?
– Недавно. Один клуб РФПЛ сказал игроку: «Или разрываешь контракт с агентом, или уходишь». Захотели, чтобы все в команде стали подконтрольные им. Мы встретились с руководителем, разговор оказался конструктивный. Друг друга услышали, он понял, с кем я дружу. Надеюсь, больше такого не повторится.

Каррера, Аленичев 

– Кто лучший агент России?
– Герман Ткаченко и группа Олега Артемова. Олег – главное лицо, но за ним еще есть люди. У обоих серьезные связи в руководстве клубов. Они общаются и на федеральном уровне – с людьми из правительства, губернаторами. Герман к тому же очень интересно говорит. Не просто: «На, футболиста посмотри».

– Расскажите про Бегемота (Тимур Гурцкая – Sports.ru). Он считается теневым агентом, который влияет на весь русский футбол.
– Тимур? Ну, на весь не влияет. Это преувеличение. Он просто дружен с Юханом (Гераскин – зять Федуна и технический директор «Спартака» – Sports.ru), тот прислушивается к его советам.

– Говорят, ему отходит процент от большинства сделок в премьер-лиге.
– Вряд ли. Получает только с тех, кто к нему обращается. В основном это «Спартак». Сути его бизнеса я не знаю, но в футболе он давно. Появился еще до меня. Сам бывший баскетболист. Достаточно толковый человек, выступает как консультант. Своих футболистов нет, но ему и не надо.


– Консультант – это как?
– Общается, узнает информацию, может преподнести ее не так, как привыкли в клубе. Он знает больше, потому что внутри системы. Плюс ему доверяют в том же «Спартаке». Его экспертное мнение по игрокам, ситуации, финансам там ценится. В этом нет ничего плохого. Аленичев же со мной консультируется. А с ним – «Спартак».

– Он участвовал в переходе Мельгарехо из «Кубани». Зачем в этом случае нужен консультант?
– Предположим, «Спартак» говорит: «Выясни все по Мельгарехо, что можно и нельзя». Сам клуб никогда не узнает, какие реальные предложение есть на стороне. А Тимур пробивает по своим каналам. Например, звонит мне: «Сань, а правда, что эти  интересуются Мельгарехо?» – «Ерунда». И так с несколькими людьми. Потом доносит информацию: «Туда не едет, туда едет, дают такие-то деньги». Дальше встречается с игроком – клуб же не имеет права, если у человека контакт. И вступает в переговоры.

– Трабукки и «Спартак» – нормальная история, что клуб покупает всех людей через друга главного тренера?
– Абсолютно нормальная, если это устраивает акционеров. Такое есть за границей. Пример – брат Гвардиолы. Обговариваются правила игры – кто и сколько с этого имеет, и начинается работа.

– Каррера с этого имеет?
– Вряд ли. У него хороший контракт, он дорожит своим именем.


– Геркус говорит, что нормальная система – когда клуб сам покупает игроков, а тренер с ними работает.
– Это ненормально. Каждый футболист должен согласовываться с тренером. Есть пять кандидатов, тренер из них выбирает.

– Система работает. Семин не хотел Фарфана, а он стал лучшим игроком.
– Давай посмотрим второй сезон и сделаем выводы. Он помог на короткой перспективе.

– Зарплата Смольникова – 2,2 миллиона евро. Это нормально?
– Без комментариев.

– Сколько ему дали бы в Европе?
– Были предложения из АПЛ. Не конкретные, но «Лестер» рассматривал Игоря перед чемпионством. Говорили про «Сандерленд». И зарплаты там, даже у аутсайдеров, сопоставимы с «Зенитом». Но мы тогда решили, что смысла переходить нет. Менять гимн Лиги чемпионов и борьбу за чемпионство на какое-то захолустье?

– На полный стадион на всех матчах. Постоянные игры с «МЮ», «Челси».
– На тот момент существовала большая вероятность, что им мог заинтересоваться большой клуб. С одной стороны, это произошло, даже если бы он играл в Англии. С другой – мы сделали ставку на две европейские кампании – Лигу чемпионов и Евро-2016. Но в первом случае Игорь сломался в декабре. Во втором – не очень удачно сыграл.

– Но в основном люди не хотят уезжать?
– Хотят. И готовы идти на понижение. Махмудов так сделал. В «Крыльях» он получал больше 15 тысяч евро, в «Боавишту» пошел на четыре. Очень хотел играть в Европе. Но случилась нервотрепка с визой для жены, ребенка. В клубе его бросили, никто не занимался. Просто Европа не всегда лучше России. Тот же чемпионат Португалии слабее РФПЛ. Есть всего четыре команды, остальные – не то.

– Головин уедет?
– Работа над этим идет. Олег Артемов занимается. А проводник в Европу, думаю, Олег Яровинский. Его там хорошо знают, он долго сотрудничал с чешским агентством – Виктором Коларжем. Я еще в начале мая созванивался с Артемовым. Он называл страны: Англия, Италия, Германия. Оттуда есть реальный интерес – им прямо звонили из этих стран. Плюс удобно, что сам игрок ничего не теряет при переезде. Не думаю, что в цска у него такая зарплата, которую не дадут там. Поэтому вероятность сделки этим летом процентов 75.

– Вы – агент Титова и Аленичева.
– Я человек, который им помогает.


– Аленичев полностью дискредитировал себя в Спартаке.
– Полная чушь. Считаю, что руководители команды не доверились ему и не поддержали. Он сделал большую работу. Селекция – не только набор, это еще расставание. Он расчистил «Спартака». Те футболисты, которые появились при нем, – реальные лидеры. На позицию опорника выбирали трех футболистов – Диарра, самого бразильца и еще кого-то. Взяли Фернандо, Аленичев взял. И он стал лидером. Просто важно, чтобы в клубе взаимодействовали все системы. В «Арсенале» такого не было, поэтому вылетели. «Спартак» – то же самое.

– Аленичев и Титов бухали на сборе «Спартака» и поддатые выходили на тренировки.
– Они могут выпить пива, но бухими выйти на тренировку – нет. Это 100%.

Фото: instagram.com/manyakov_avfc-zenit.ruРИА Новости/Алексей Филиппов, Виталий Белоусов; twitter.com/FCDM_officialРИА Новости/Алексей Даничев; instagram.com/eugenebashkirovРИА Новости/Валерий Левитин; twitter.com/marco_trabucchi, Fanat1k.ru

Источник: www.sports.ru
+66
Внимание! Комментарии отображаются только для зарегистрированных пользователей.