Зал славы / КРУТИКОВ Анатолий
Пожалуй, лучший эпиграф к его игре можно найти у Юрия Трифонова: «Нет в нашей футбольной истории примеров того, чтобы защитник становился такой грозной атакующей силой, какой является четвертый номер московского «Спартака». Как только Крутиков берет мяч и идет вперед, стадион начинает волноваться: что-то будет! Вот Крутиков перешел среднюю линию, продвигается дальше - трибуны грохочут, грозный, лавиноподобный шум нарастает! Его все еще не атакуют, защитники боятся оставить своих подопечных, секунды ошеломления, Крутиков идет все дальше, вклинивается в оборону, кто-то отчаянно бросается ему навстречу, но Анатолий резко обходит его финтом, резко врывается в штрафную и наносит резкий, кинжальный удар. Он все делает резко - ведь он такой резкий игрок!»

О том, как определилось его амплуа, Анатолий Федорович рассказывал:
- Мне поначалу нравилась игра впереди. До «Спартака» я выступал в армейской команде, где вакантным было место левого защитника. Так с тех пор амплуа и не менял, хотя возможность была. В сезоне 1958 года тренер армейцев Борис Аркадьев предложил мне заполнить образовавшуюся брешь в нападении. И я провел несколько встреч в линии атаки, но удовлетворения от этого не получил. Игра в защите, я бы сказал, более творческая. К тому же моя игра, особенно когда я в 1959 году пришел в «Спартак», была не только разрушительная, но и созидательная. Я использовал фланговые рейды на сторону соперников для подготовки взятия ворот. Да и сам забивал.

Вместе с партнерами по обороне Крутиков практиковал нетривиальный прием отбора. Когда нападающий соперника двигался по флангу, крайний защитник бросался на него, широко расставив ноги. Какой форвард откажется от того, чтобы пробросить мяч между ними - это всегда считалось шиком. Но чистильщик уже был наготове и оказывался на мяче первым. В определенной мере это можно сравнить с рыбалкой «на живца».



Крутиков был одним из тех, кто в составе сборной Советского Союза в 1960 году принес нашей державе Кубок Европы. Однако майку с буквами СССР надевал только девять раз. Как-то Гавриил Качалин, под чьим началом сражался он в главной команде страны, увидев Крутикова в одном из ветеранских турниров рвущимся в атаку и забивающим, заметил: «Да ты, Толя, не наигрался!» Крутиков отшутился: мол, наверстываю то, что вы мне не дали в сборной сыграть.

Тренерская карьера ему не удалась: именно Крутиков руководил «Спартаком», когда команда выбыла в первую лигу. За весь сезон так и не удалось подобрать оптимальный вариант состава, приглашенные со стороны футболисты оказались не сильнее старожилов. В общем, никто не будет оспаривать, что в те годы «Спартак» был откровенно слаб. Однако известный специалист Борис Цирик высказал мнение, что особой вины Крутикова как тренера в том провале нет - ведь он принял команду, скатившуюся со второго места на десятое, то есть уже шедшую по нисходящей. Дебютировать в высшей лиге молодому тренеру пришлось в критической ситуации. Тут и более опытный мог не справиться с ролью спасителя. В любом случае для Крутикова это был тяжелый удар:
- Жизнь резко переменилась. Все двери для меня закрылись. Если раньше приглашали в Высшую школу тренеров, то после 1976 года об этом уже не было и речи. А ведь у меня семья, двое дочерей. Два года мыкался, пока не предложили организовать в Московской области сеть ДЮСШ «Спартака». Выделили средства, а в остальном я был предоставлен самому себе.

Вечной ценностью для Анато­лия Федоровича оставалась семья, которую он научился ценить, не вылезая со сборов, из разъездов в быт­ность игроком. И за делами внуков следил пристальнее, чем за событиями в футбольной России. Распад Советского Союза он воспринял тя­жело, отказываясь понимать, например, что поездка в гости к Славе Метревели стала заграничной. Тем не менее в 1996 году перед президентскими выборами в составе ветеранской сборной принял участие в турне в поддержку Бориса Ельцина, хотя и возраст, и больная нога давали о себе знать.



Анатолий Федорович утверждал, что и спустя много лет по фигуре и походке может узнать любого, с кем однажды встречался на футбольном поле. А таковых за время его карьеры наберется не одна тысяча...