Новости / ФК Спартак / Spartak.com: Война и «Спартак»
09 мая, 20:10 ФК Спартак grumpy 1

Spartak.com: Война и «Спартак»

Сегодня наша страна отмечает 75-летие со Дня Победы в войне против нацизма. В этот день мы чествуем тех, кто ковал Победу на фронте и в тылу, тех, кто отдал жизнь за свободу и независимость нашей Родины, тех, кто сохранил для будущих поколений мирное небо. Низкий поклон героям Великой Отечественной войны, ваш бессмертный подвиг не будет забыт никогда!

   

Война застала «Спартак» в Ленинграде. 21 июня красно-белые прибыли на очередной матч чемпионата со своими одноклубниками. «Это была неплохая команда, но и мы были, что называется, на ходу и, безусловно, рассчитывали на победу, — вспоминал Николай Петрович Старостин. — Словом, в день матча, 22 июня, проснулся я в бодрящем волнении, которое неизменно возникает у меня от предвкушения встречи с футболом».

Тем утром Николаю Петровичу позвонил Сергей Ломакин, игрок сборной Ленинграда по футболу и по хоккею. Он служил в гражданской противовоздушной обороне Ленинграда.

— Я на казарменном положении, — коротко сообщил Сергей. — Война!

Зрителей на стадион в итоге не пустили — из-за боязни налетов фашистской авиации. Спартаковцы целый час просидели в раздевалке; игру в итоге отменили. Команда сразу отправилась на вокзал и первым же поездом выехала в Москву.


Чемпионат СССР сезона-1941 был прерван, розыгрыш Кубка не состоялся. Но это не означало, что футбольная жизнь замерла. Через месяц после начала войны стартовал Кубок Москвы, в котором приняли участие 32 коллектива. Спартаковцы, без проблем пройдя первые два раунда, в четвертьфинале со счетом 1:2 уступили «Торпедо», которое выступало в сильнейшем составе.

В том матче против «Спартака» играли свои же футболисты — Анатолий Акимов и Николай Морозов. Война диктовала условия, и те игроки, которые не ушли летом на фронт, устраивались на оборонные заводы, в чем им помогал Николай Петрович. Такой шаг автоматически влек за собой переход в профсоюзное спортивное общество и жесткую необходимость выступать за другую команду. Так, в осеннем чемпионате Москвы 1941 года за «Зенит», представлявший завод № 58, играли Георгий Глазков, Николай Гуляев, Павел Корнилов, Константин Рязанцев, Владимир Степанов, Григорий Тучков, Алексей Соколов и Виктор Соколов; за «Крылья Советов» (завод №45) — Алексей Леонтьев, Николай Исаев, Николай Климов, Виктор Семёнов, Василий Соколов, Олег Тимаков. Поэтому не должны удивлять крупные поражения «Спартака» от конкурентов, почти полностью сохранивших лучших игроков, да еще получивших солидное красно-белое пополнение.

Целый ряд спартаковцев участвовал во Второй мировой. Не вернулись с фронта Анатолий Величкин и Степан Кустылкин (погиб еще во время советско-финской войны). А вот легендарный вратарь Владислав Жмельков прошел всю войну до Берлина, получив две медали «За отвагу» и орден Славы 3-й степени.


Жмельков — знаковая фигура для довоенного футбола и для всего советского спорта. «В моей памяти Владислав остался как вратарь почти сказочный, вратарь без слабых сторон», — говорил о нем Николай Петрович Старостин, добавляя, что Владислав был безоговорочно лучшим голкипером, с кем ему доводилось встречаться за свою долгую и яркую жизнь.

В «Спартаке» Жмельков провел всего лишь полтора сезона. Но этого времени ему хватило, чтобы вписать свое имя в историю клуба.

Владислав Жмельков пришел в «Спартак» в 1938 году; он был призван решить вратарскую проблему: Анатолия Акимова забрали служить в «Динамо». Жмельков с первого же матча зарекомендовал себя с лучшей стороны. Известный комментатор Вадим Синявский так оценил его дебют: «Вчера на стадионе "Динамо" мы увидели такой высокий класс игры вратаря, какого уже не видели давно. Можно лишь поздравить "Спартак" с появлением в его рядах такого талантливого игрока».

«Жмельков делал все образцово: одинаково безупречно играл внизу и вверху, тонко угадывал место в воротах и безошибочно сражался "на выходах", — писал о нем Николай Петрович. — Высокий (183 см), сухощавый, физически сильный, пружинистый и уверенный в себе, Жмельков, вопреки обычным воплям вратарей: "Не давайте бить!" — не раз покрикивал своему главному партнеру Андрею: "Да пропустите его, Андрей Петрович! Пусть пробьет..."»

Жмельков был непревзойденным специалистом по отражению пенальти. До войны, играя за «Спартак», он не пропустил ни одного мяча в официальных матчах после семи пенальти, назначенных в его ворота. Шесть ударов с 11-метровой отметки вратарь отразил, а один пришелся мимо.

Пик популярность Жмелькова пришелся на 1939 год, когда он получил приз «Лучшему спортсмену года», учрежденный газетой «Красный спорт». В опросе, проведенном среди читателей, Владислав обошел шахматиста Михаила Ботвинника, боксера Николая Королёва и других знаменитостей. При этом нужно отметить, что в 1939 году из «Динамо» вернулся Акимов, но наличие двух высококлассных вратарей не стало проблемой для «Спартака»: Жмельков и Акимов играли по очереди, а команда пропускала всего 0,8 гола за игру. Красно-белые тогда стали первой командой в истории нашего футбола, которой удалось сделать два подряд «золотых дубля».

Игра Жмелькова не оставила равнодушной и соперников «Спартака»: его захотели видеть в ЦДКА. Переходить в армейский клуб голкипер отказался, и там нашли другой подход. Выяснилось, что в 1937 году Владислав Николаевич не дослужил один месяц. Но ему пришлось фактически начинать службу сначала, ведь в 1940-м ее срок составлял уже два года. Жмельков отправился в Забайкалье, а весной следующего года его часть перевели на Украину. Там вратарь и встретил войну.

Жмельков был на передовой без малого четыре года, причем воевал в разведроте. Множество раз он ходил за линию фронта, брал "языков". За ним прочно закрепилась история о том, как он поймал на лету немецкую гранату и вернул ее во вражеский окоп: пригодились вратарские навыки. Сам Жмельков о войне говорить не любил; мало кто слышал какие-то рассказы из первых уст. А рассказать было о чем. В ноябре 1943 года старшина Жмельков был одним из тех, кто поднял красное знамя над освобожденным Киевом, а затем и расписался на рейхстаге.

Футбол вернулся в жизнь Владислава Николаевича в Берлине, где сразу после войны состоялся турнир между сборными союзников. Советская команда одержала победу, несмотря на то что у французов и англичан были собраны приличные составы, где встречались даже профессионалы. Ворота защищал, естественно, Жмельков, пропустивший всего один мяч. Англичане были в восторге от игры вратаря, сменившего гимнастерку на спортивную форму, и даже звали его в свои команды. Хотя, конечно, все понимали, что это невозможно.

Демобилизовавшись, Владислав Николаевич вернулся в любимый «Спартак». «Но это была только тень незабываемого вратаря, — с сожалением писал Старостин. — Тень и по мастерству, и по отношению к футболу». Сказывалось полученное на фронте ранение, да и спортивный режим Жмельков соблюдал не очень строго. Владислав Николаевич ушел в другой «Спартак» — тбилисский, помог команде подняться в класс А советского первенства и стал любимцем грузинских болельщиков. Когда он потерял паспорт, сразу же нашлись готовые помочь. Вот только с именем ошиблись: думали, что Владик — это Владимир, а не Владислав. Так до конца своих дней Жмельков жил не под своим именем. И на могиле у него написано: «Жмельков Владимир Николаевич».



3 мая 1943 года, через три месяца после завершения Сталинградской битвы, перевернувшей ход Великой Отечественной войны, в освобожденном городе состоялся товарищеский футбольный матч между местным «Динамо» и московским «Спартаком». Нужно было создать праздничное настроение для населения города и показать, что Сталинград возвращается к полноценной жизни. Футбольный матч подходил для этого идеально. А чтобы подчеркнуть важность события, в качестве соперника сталинградской команды был приглашен «Спартак».

На Волгу команда отправилась в следующем составе: вратари Анатолий Акимов и Алексей Леонтьев, полевые игроки Георгий Глазков, Константин Малинин, Николай Морозов, Александр Оботов, Анатолий Сеглин, Борис Смыслов, Борис, Василий и Виктор Соколовы, Владимир Степанов, Олег Тимаков Серафим Холодков и Владимир Щагин. Отметим, что последний из названных — знаменитый волейболист, а многие из этого списка причастны к двум «золотым дублям», которые до войны — в 1938 и 1939 годах — сделал «Спартак».

Спартаковцы прибыли в героический город на специально выделенном самолете, сопровождаемом двумя истребителями. Вылет задержали на сутки, так как существовала вероятность попасть под обстрел немецкой авиации. «За двое суток мы чертовски устали, и, когда оказались в самолете, сон свалил нас, — вспоминал вратарь Алексей Иванович Леонтьев. — Однако, когда подлетели к Сталинграду, внутри сработал какой-то механизм, и все мы открыли глаза и столпились у иллюминаторов. Под самолетом расстилалась черная, выжженная земля, на которой серыми квадратиками выделялись бывшие кварталы на многие километры раскинувшегося вдоль Волги города. Кое-где громоздились руины некогда высоких и красивых зданий…»

Футболистов в Сталинграде встречали с особой радостью. Акимов рассказывал, что о прилете команды узнали и простые болельщики; некоторые из них даже приходили на аэродром босиком. Летчики пожали спартаковцам руки и сказали, что можно спокойно играть и ни о чем не беспокоиться: стадион есть и охрана надежная.

Футболистов «Спартака» разместили в школе, расстелив на полу матрасы и вручив несколько гильз от снарядов, превращенных в осветительные приборы. «Вскоре на машинах нас повезли через весь город к тракторному заводу, и мы обнаружили, что жизнь в городе не замерла, — рассказывал Леонтьев. — Особенно запомнилась нам землянка, у которой женщина в ватнике и кирзовых сапогах стирала белье, а около нее на шесте была прикреплена табличка с надписью «Ремонт одежды и обуви».

Матч было решено провести на стадионе «Азот», расположенном в южной части города, в Бекетовке. По меркам Сталинграда он практически не пострадал, но для его подготовки к знаковой игре пришлось потратить немало усилий. Нужно было увезти отсюда тяжелые дальнобойные зенитки, выровнять поле, поставить ворота, отремонтировать раздевалки. «Из бесед с сопровождавшими нас товарищами мы узнали, сколько изобретательности и труда приложили энтузиасты, в том числе и футболисты, чтобы подготовить изрытое воронками поле к игре», — вспоминал Леонтьев. А главное — возвести трибуны. Они получились небольшими, на 3 тысячи мест. Но игра в итоге собрала около 10 тысяч зрителей.

На трибунах были в основном люди в военной форме, а перед стартовым свистком голкиперу сталинградцев Василию Ермасову вручили боевую медаль «За отвагу».

Летчики, доставившие «Спартак» в Сталинград, с самолета сбросили на поле мяч. «Но сыграть им нам так и не пришлось, — рассказывал Леонтьев. — Дело в том, что мяч, ударившись о край футбольного поля, подпрыгнул и перелетел через трибуну. А там вездесущие пацаны реквизировали для своей надобности столь дорогой подарок, свалившийся к ним с неба».

Единственный гол в матче был забит сталинградцами на 39-й минуте. «Надо отдать должное динамовцам, они сражались на футбольном поле, как положено сталинградцам, — писал Леонтьев. — Забив нам гол, они сделали все, чтобы не пропустить. Спартаковцы, стремясь отыграться, атаковали отчаянно, беспрерывно, мощно. Хозяева, однако, выстояли и победили!»

Защитник сталинградской команды Сергей Плонский (игравший, кстати, в составе красно-белых в 1937 году) признавался, что в победу было трудно поверить: «Но когда спартаковцы нас обняли и расцеловали, все стало на свои места. И не было для нас большей радости, чем этот подарок, своевременно преподнесенный бойцам-сталинградцам…»

После матча спартаковцев пригласили в сколоченный из досок летний театр на джазовый концерт. В его разгар совсем рядом вспыхнула пальба. Как вспоминал Леонтьев, джаз замолк, на сцену вышел майор и всех успокоил: «Товарищи! Не беспокойтесь. Это фашисты пытаются заминировать фарватер Волги. Зенитки их не подпустят, а «ястребки» свое дело туго знают. Так что веселитесь!»


В дальнейшем, в 1943–1944 годах, выезды московских команд на товарищеские игры в другие города стали нормой. Вырученные деньги шли на нужды фронта. Например, на средства, которые «Спартак» заработал во время турне по Узбекистану, был построен самолет.

О матче же в разрушенном городе узнал весь мир. В лондонской газете The Times вышла заметка под названием «Второе чудо Сталинграда». «Если русские могут играть в футбол в Сталинграде, то это свидетельствует, что они уверены в будущем», — писали англичане. После прочтения статьи футболисты лондонского «Арсенала» отправили приветственную телеграмму в адрес участников встречи, на которую получили лаконичный ответ: «Спасибо. Сталинградцы все могут».

В мае 1983 года в Волгограде сыграли «Ротор» (преемник довоенного «Трактора» и военного «Динамо») и «Спартак»; матч был посвящен 40-летию матча возрождения. Там-то и встретились участники той самой игры, по семь футболистов-ветеранов с каждой стороны.

До матча все вместе, ветераны и молодые, посетили мемориал на Мамаевом кургане, осмотрели панораму «Сталинградская битва», возложили цветы к памятнику защитникам Царицына и Сталинграда у Вечного огня. Затем на митинге капитан «Спартака» Олег Романцев сообщил, что команда решила перечислить сбор от матча в Фонд мира. На трибунах в тот день собралось 22 тысячи зрителей. Как и в 43-м, победу с минимальным счетом одержала местная команда. На этот раз — 3:2.

Источник: spartak.com
+61
Внимание! Вам необходимо зарегистрироваться на сайте, чтобы принять участие в обсуждении.