1 декабря 2022, 11:14ХК Спартак Михей

Билеты Высоцкому и ночные гости. Вдова Всеволода Боброва поделилась воспоминаниями о муже

Единственному в истории отечественного спорта капитану сборных СССР по футболу и хоккею Всеволоду Боброву 1 декабря исполнилось бы 100 лет. Его вдова Елена Николаевна Боброва в разговоре с ТАСС рассказала о том, каким он был в быту, как помог Владимиру Высоцкому с билетами во время хоккейной Суперсерии и в чем был его феномен в спорте.

Об уникальности Боброва как спортсмена и тренера знают многие, в том числе и за рубежом. Он одинаково талантливо играл в футбол, хоккей с шайбой и хоккей с мячом. При нем в качестве тренера сборная СССР по хоккею два раза выигрывала чемпионат мира, а также на равных сражалась с канадской командой, составленной из звезд Национальной хоккейной лиги, в легендарной Суперсерии. Как футбольный тренер Бобров выводил цска в финал Кубка СССР.
О Боброве как о человеке рассказала ТАСС его супруга Елена Боброва. Они встретились, уже имея к тому времени опыт семейной жизни, для обоих брак стал вторым. Бобров ранее был женат на солистке Театра оперетты Татьяне Саниной, но развелся после ее неоднократных измен. Его будущая супруга же имела свою семью в Киеве, в том числе и дочь от первого брака, но ради легендарного спортсмена переехала в Москву.

"В Киев приехал сослуживец моего зятя, я пришла к ним, когда он был у него в гостях. Он меня спросил, были ли вы в Москве. Я ответила, что никогда не была там, — вспоминала она. — Он ответил, приезжайте, и я со своей приятельницей приехала в Москву. Он меня встретил, это было 9 мая 1963 года, и прямо в аэропорту сказал, давайте поедем в гости к моему другу, отметим праздник, а потом я вас отвезу в гостиницу. Таким было наше первое знакомство. Затем он приезжал в Киев смотреть каких-то игроков, мы встретились, и так все потом пошло. Я даже ничего не знала о нем, даже не представляла при первой нашей встрече, кем он был. Мне это было все не очень интересно, потому что это был не мой круг общения", — вспомнила она о первом знакомстве со Всеволодом Бобровым.

"Я была из семьи военных, и в Киеве, где мы жили, рядом было Суворовское училище, где мы дружили только с ребятами-суворовцами. У меня в семье все мужчины военные, только в нашем доме жили два футболиста "Динамо" — Володя Щегольков и Витя Кащеев, а с женой Валеры Лобановского (главный тренер киевского "Динамо", а также сборных СССР и Украины по футболу — прим. ТАСС) Адой мы учились в одной школе. Но я очень хорошо помню день, когда при тренере Валерии Маслове "Динамо" сделало золотой дубль. И до сих пор помню тот триумф команды, когда по городу ребят чуть ли не на руках носили", — добавила Елена Боброва.

"Диктатором он не был"
Вдова легендарного спортсмена и тренера в основном живет сейчас под Москвой, в доме, строительством которого занимался и сам Бобров. В Москве же они жили в так называемом генеральском доме на Ленинградском проспекте рядом с метро "Сокол", который в свое время был построен в основном для офицеров, генералов и маршалов Советской армии. На его фасаде 13 октября была открыта мемориальная доска, указывающая на то, что там жил и олимпийский чемпион по хоккею, участник легендарного турне московского "Динамо" по Великобритании в год Великой Победы. По словам Бобровой, открытие этой памятной доски позволило ей продлить память о муже еще, может быть, на несколько десятков лет. Сама же доска раньше находилась на фасаде ныне снесенного Ледового дворца спорта цска.

"Решение об открытии мемориальной доски Всеволоду Михайловичу было принято в 1980 году, но так как было время малоприятное и появились уже у подъездов бабушки, сажающие капусту, картошку, помидоры, то выйти из него практически было нельзя. Спасибо руководителям Москвы [Виктору] Гришину и [Владимиру] Промыслову, которые решили, что в такой обстановке действительно лучше памятник открыть на тогдашнем ЛДС цска. Но 5 января того года неожиданно рухнула крыша над ледовой ареной для фигуристов в пять часов утра, не выдержав нагрузки снега. И было принято решение снести весь дворец и построить новый, строительство затянулось на десять лет. Десять лет этот памятник, сделанный [Михаилом] Переяславцем, лежал в подвале одного из помещений цска", — вспомнила Боброва.

На церемонию пришло довольно много ветеранов, и, по словам Бобровой, такое не случайно, поскольку это показало отношение к мужу. "Он не был диктатором, злым тренером. Он очень уважал своих тренеров, особенно Бориса Аркадьева (бывший главный тренер сборной СССР по футболу — прим. ТАСС). Я помню, когда у Бориса Андреевича умерла жена, первый дом, в который он пришел с этой бедой, был наш. Я дружу с ветеранами и хоккея, и футбола, которые играли при Всеволоде Михайловиче, и они его любили. Сева был очень хороший, добрый человек, и сам игрок, поэтому это не тот тренер, который на словах только может диктовать, шуметь", — вспомнила она.

"Любил наш дом"
Дома у семьи Бобровых всегда было уютно и в нем всегда были рады гостям. "После каждой игры в футболе и хоккее к нам всегда приходил кто-то из близких людей. Женя Бабич вообще мог в два часа ночи прийти, и я никогда не могла возмущаться, так как знала, что это их больная тема. Будь то проигрыши или выигрыши, все равно эти игры надо было обсуждать. Я в чем-то присутствовала при их разговоре. Как мне Сева говорил, в доме всегда должен быть борщ и котлеты, потому что в любое время, кто бы ни пришел, должна была быть под разговор еда и возможность выпить. Я не возмущалась: не забывайте, что я все-таки из киевской семьи, а там гостеприимства больше, чем в русских домах. Так что я к этому приучена до сих пор", — подчеркнула Боброва.

"В жизни в семье Сева был очень легкий, и когда хотя бы на день возвращался со сборов, то у него все было прекрасно, красиво. Он любил дом, машину и, конечно, безумно любил своего Мишку", — добавила она.

Елене Николаевне пришлось пережить две личные трагедии, когда в июле 1979 года она потеряла мужа, а через 18 лет — их единственного сына Михаила. "Он все делал сам, и умер он фактически на футбольной тренировке цска, когда набивал вратарям, — вспоминала она об обстоятельствах смерти мужа. — Это случилось, когда вдруг у него оторвался тромб, чего молодой массажист в команде не предполагал. Он сказал, ложитесь, Всеволод Михайлович, я вам помассирую это место, и вы продолжите. Он и размассировал тромб, который закончил его жизнь".

"С Тарасовой нас не надо было мирить"
Вдова Боброва вспомнила интересные моменты, связанные с отношениями их семьи с Анатолием Тарасовым, которого Бобров как раз сменил на посту главного тренера сборной СССР по хоккею в 1972 году. В 2012 году вышел сериал "Хоккейные игры", в сюжете которого немало внимания уделяется как обоим главным героям, так и их женам. В сценарии акцентировалось внимание на теме противостояния тренеров.

"Все замечали, как они вели себя во время игры. Тарасов, если что не понравилось ему, стучал по борту руками, эмоционально клюшкой. Сева же тихо, спокойно поднимался и подтягивал штаны. После чего мне всегда звонили и спрашивали, он что, не надел ремень?" — вспомнила она.

Хорошие отношения у Бобровой были с супругой Тарасова. "Нечего было нас мирить, и Нину Григорьевну я обожаю по сей день — это единственное светлое пятно в семье Тарасовых", — рассказала она.

Четыре билета Высоцкому на Суперсерию
Большое значение в жизни Боброва имела Суперсерия 1972 года, идею проведения которой он поддерживал. Его супруга вспоминала, что смотреть первый матч серии в Монреале ее привозили на Центральное телевидение. С той игрой был интересный случай, когда благодаря Елене Михайловне спор по поводу результата (7:3 в пользу советских хоккеистов) с заместителем министра иностранных дел СССР Николаем Фирюбиным выиграл друг их семьи — главнокомандующий Сухопутными войсками Иван Павловский. Оказалось же, что Елена Николаевна сообщила Павловскому результат в районе пяти часов утра, когда игра завершилась. Заместитель министра же такую возможность получить информацию не имел.

"Фирюбин же доказывал ему, что, во-первых, трудно выиграть сразу после прилета при такой разнице во времени. И когда в восемь-девять утра сообщили в новостях, ко мне приезжает адъютант Ивана Григорьевича и приносит ящик коньяка. Сказал, Лена, ты выиграла", — вспомнила Боброва.

Сам же Бобров старался помогать всем, его характеризует произошедший случай во время части Суперсерии в Москве, вокруг матчей которой был большой ажиотаж.

"Сева принес домой определенное количество билетов, они сами их оплачивали, на них ушла большая сумма денег. На каждую игру давали, по-моему, по десять билетов, и Сева мне тогда сказал, чтобы ни с одного человека я не брала ни копейки. Просили самые близкие люди, но в числе тех людей оказался Владимир Высоцкий. Я очень хорошо помню, как он к нам приехал в длинном кожаном пальто, в кожаной черной шляпе, и я ему даю четыре билета. И вдруг он так возмущается, хотя я ему эти билеты просто подарила. Говорит, я просил десять, а я отвечаю, не вы один у нас, мы вообще по одному билету даем. Я тогда о нем ничего не знала, в дальнейшем мы с ним не общались. Но все его потребности опять удовлетворил [Анатолий] Сеглин (администратор сборной СССР — прим. ТАСС), который нам помог через Анну Ильиничну Синилкину, директора "Лужников", — подчеркнула Боброва.

Учитывая в том числе субъективный взгляд на Боброва у кинорежиссеров художественных фильмов о нем, из всех фильмов о муже Елена Николаевна выделила документальную ленту "С мячом в Британию".

"Это великолепный фильм, мне там все понравилось, потому что там одна правда. Севу там показали на играх, как он там показывал, а не то, что он делал за полем. Там ни слова лжи, видно было, что творилось на стадионах, и все ребята там были герои, а не один Сева, несмотря на то что он забил больше [Константина] Бескова. Тому давали миллион, чтобы остаться, а Сева шел без цены, мы видели это в вырезках британской прессы", — вспомнила она.
Источник: tass.ru
+36