aDelante
  474
 8
+8

Частно-общественная банда..

Решение по лимиту — этот тот редкий случай, когда исполком — не место для дискуссий. Футбольные чиновники любят надеть маску непримиримости, спорить по три-четыре часа на любые темы, но когда политика запускает могущественные щупальца в их уютный мир — легче просто закрыть глаза и не приехать. Так поступили практически все, кого можно заподозрить в негативном отношении к лимиту: и Гинер, и Смородская, и Керимов.
В итоге исполком прошел в каком-то спринтерском темпе. Безмятежная казнь либерального лимита 10+15 заняла один час и пятнадцать минут.
Первым на улицу выглянул Сергей Степашин. Остановившись около черной машины с мигалкой, он решил извиниться.

— Я попросил исполком принести извинения. Он должен извиниться за то, что сначала приняли 10+15, а теперь изменили за два дня до начала чемпионата. Я готов сделать это перед вами.

Сергей Прядкин, который раньше говорил, что лимит 10+15 «принят не с бухты-барахты», был слишком напряжен.

— Не знаю, кто и что говорил, — резко и нервно бросил Прядкин в ответ на вопрос про извинения. — Приняли лимит шесть плюс пять. Все!


Новый зажигательный спикер российского футбола Сергей Анохин был более категоричен.

— Я лично не готов извиниться за изменение лимита. Это личное мнение Степашина.

При этом никто не скрывал, что непонятно, как оживить российский футбол после решения по лимиту. Все ждут встречи с главным человеком.

— В ноябре будет специальный совет при президенте, посвященный футболу, — рассказал Степашин. — Весь круг вопросов будет рассмотрен главой государства. Он озабочен тем, что происходит в нашем футболе.

И. о. президента РФС Никита Симонян первым делом попросил не спрашивать его о деньгах. Напомнил, что и контракт о назначении Капелло подписывал он, и о увольнении —  тоже он. А потом Симоняна спросили:

— Где вы нашли деньги на неустойку Капелло?

— Есть добрые люди, — огорошил Симонян.

— РФС — такая же частная организация, как клуб, — продолжил поток откровений юрист РФС Денис Рогачев. — Мы не обязаны разглашать конфиденциальную информацию.

— Вы ОАО, ООО, ЗАО?

— Мы частно-общественная организация, — ответил Рогачев.

На вопрос о новом тренере сборной Симонян стал перечислять всех российских тренеров, которые приходили на ум.

— Слуцкий, Семин, Бердыев, Гаджиев, Бородюк… Кто еще? — спросил президент РФС журналистов.

— Черчесов!

— И он тоже, — согласился Симонян и продолжил вспоминать. — Непомнящий еще!

— Может, кто-то из молодых?

— А? — не расслышал Симонян.

— Кто-то из молодых — Писарев, Хомуха.

— Из молодых, наверное, только я. А Хомуху еще рано бросать в пекло. Хотя он молодец, что вышел из группы смерти.  

Все сразу поняли, что перед ними президент, который ни за что не отвечает, и юрист, который ничего не разглашает, и переключились на лимит.  

— Почему вы сначала утвердили 10+15, а потом — 6+5?

— Почему приняли такой лимит? Бывают форс-мажорные обстоятельства — например, Миллер сделал заявление. Руководителей клубов убедили, что этот лимит более целесообразен.

— Кто и как убеждал?

— Сначала поступил проект закона, — перехватил слово Рогачев. — После заявления Миллера созвали заседание премьер-лиги, после которого нам сообщили, что клубы не возражают.

На вопрос о том, почему футбол так чутко прислушивается к Миллеру, если он даже не президент «Зенита» и не министр спорта, Симонян и Рогачев решили не отвечать. Видимо, все и так понятно.

Вместо этого юрист снова пересказал тонкости принятия решения, а Симонян подвел главный итог всей истории с лимитом.

— Сегодня все, кроме одного воздержавшегося, проголосовали за лимит. У нас демократия, друзья....

Материал предоставлен Sports.ru

P.S. Друзья.. Ничего лично не имею против Никиты Павловича Симоняна.. Но так нельзя..
Должна же быть совесть.. Нельзя так заслуженных людей под удар подставлять..
+8
Внимание! Принимать участие в обсуждении могут только зарегистрированные пользователи сайта. Зарегистрируйтесь или представьтесь!